Соблазн (СИ)

Его сестра поднялась со стула и, обняв его, чмокнула в кончик носа.

— Все, мне уже пора. Я побежала. Люблю тебя.

— И счастливой охоты этой ночью! — Анна уже на ходу подмигнула брату и изобразила роковой укус.

Дима смеясь, покачал головой и несколько секунд провожал взглядом сестру, затем вновь взглянул на вырванную из блокнота страницу в своей руке. Повертев ее в руках, он несколько минут взвешивал все за и против, а затем, приняв окончательное решение, схватил свою сумку с соседнего стула и, перебросив ремешок через голову, отправился по указанному адресу.

День выдался самым по-весеннему теплым и солнечным за все последнее время. То же самое можно было сказать о настроении Дмитрия. Когда он решил вернуться, то прекрасно знал, что никто его здесь не ждет. Кроме Анны, конечно. И что остаться в Лондоне было бы проще и, возможно, даже благоразумнее… Но сейчас ему достоверно было известно только одно. Если бы он не вернулся, то никогда бы не встретил того, встречи с кем теперь ждал, будто Новый Год, Пасху и День рождение одновременно.

Какая-то часть его рационального сознания все еще сопротивлялась при попытках фантазий зайти слишком далеко. Дима понимал, что все это может не иметь никакого продолжения, и что каждый их проведенный вместе вечер может оказаться последним. Он осознанно не выступал инициатором каких-либо шагов, предоставляя незнакомому мужчине самому постепенно привыкать к нему и каждый момент, когда они продвигались на миллиметр вперед, был ему самой ценной наградой. Дима старательно запоминал эти ощущения, чтобы потом иметь возможность извлекать их из памяти и растворяться в той необъяснимой эйфории, которую вызывали неловкие прикосновения и сбивчивое дыхание, касающееся его волос.

Было бы наивно полагать, что все испытываемые им чувства взаимны, но рамки постепенно стирались, барьеры методично рушились один за другим, а расстояние все больше сокращалось. И этого уже было более чем достаточно. Неужели его сестра права и его действительно угораздило влюбиться в натурала? И крохотный голос надежды тут же мягко, но настойчиво интересовался: «А такой ли уж он натурал, если сам соблазняет и провоцирует тебя? Что если…»

Эти последние два слова и были тем спасительным кругом, цепляясь за который, Дима снова и снова возвращался в клуб, сгорая от предвкушения того, насколько дальше они зайдут в этот раз. Пусть это была своего рода игра, не важно, это были самые сильные эмоции, которые ему доводилось когда-либо испытывать рядом с другим человеком. И то, что они не знали имен друг друга, не имели ни малейшего представления о том, кто кем является в реальной жизни, еще больше обостряло эти эмоции. Они жили в придуманном ими же мире, который ограничивался стенами ночного клуба «Соблазн».