Солги мне на удачу

Ладони канцлера скользнули по моим бедрам, пояс халата развязался окончательно, и тонкий шелк распахнулся. Арман откинул голову, прерывая поцелуй, и протянул низким, слегка хриплым голосом:

В его взгляде появилось странное выражение, в другой раз, может, и насторожившее бы меня, но не сейчас. Леди хочет интиму и романтики, анализировать будем позже. Поэтому я лишь тихо рассмеялась в ответ, смело глядя в глубокие омуты напротив, тряхнула волосами и опустила руки, позволив халату скользнуть по плечам на пол.

– Арма-ан? – мурлыкнула, раздвинув ноги чуть шире и слегка выгнувшись.

Глаза канцлера вспыхнули, он медленно улыбнулся, провел ладонями вверх и стянул кружево с упругих полушарий, а потом наклонился и поймал ртом напряженную вершинку. Мягко сжал, втянул и пощекотал языком, я же беззвучно охнула от вспышки удовольствия от этой простой ласки. Запрокинула голову, зажмурилась, подавшись навстречу, и тягуче простонала:

А он продолжил, неторопливо и со знанием дела, и его пальцы так же медленно скользили по моему телу, поглаживая и спускаясь все ниже. Тело с готовностью отзывалось, и я купалась в томной неге, разливавшейся по венам и проникавшей в каждую клеточку.

Арман перешел ко второй вершинке, согрел дыханием и обхватил губами, дразня языком, и вскоре тугой шарик уже болезненно ныл и покалывал, стреляя острыми иголочками удовольствия от каждого прикосновения. Между тем канцлер добрался до низа живота, погладил прямо над краем трусиков и провел ниже, прямо поверх тонкого кружева, по мягким складочкам. Я зашипела и вцепилась в его плечи, бедра невольно двинулись навстречу, стремясь продлить прикосновение, но Арман с тихим смешком убрал руку, подняв голову и посмотрев на меня с предвкушающей усмешкой.

– В такие моменты я сам себе завидую, – пробормотал он, дернув завязки и избавляя наконец от мешающего белья. – Ты такая отзывчивая, такая страстная… И вся моя…

Его пальцы легко раздвинули влажные лепестки и снова погладили, и перед глазами вспыхнули звезды, а дыхание пресеклось. Но еще успела пронестись упрямая мысль, что твоя, Арман, ровно до тех пор, пока я сама этого хочу. Сегодня – да. А дальше… А дальше его шустрые пальчики плавно проникли в меня, разогнав остатки мыслей, и думать стало просто некогда.

Сознание заполнили эмоции и переживания, тягучие и сладкие, как горячая карамель. Разбуженное днем желание наконец нашло выход, и я погрузилась в него, зажмурившись и полностью сосредоточившись на ощущениях. О, Арман прекрасно знал, как сделать мне хорошо, и делал… Я покачивалась на волнах наслаждения, плавно двигалась навстречу его пальцам, уверенно ласкавшим и дразнившим меня между ног. Жар в крови медленно, но верно повышал градус, и вскоре простых прикосновений уже стало мало.