Солги мне на удачу

Пребывая в своих мыслях, я зашла наконец в спальню, она была последней в небольшой анфиладе, и заметила у кровати служанку, взбивавшую подушки и убиравшую покрывало. А Мариэтт где?.. Хотя она все же моя личная горничная, а не просто прислуга.

– Милая, спасибо, я хочу побыть одна, – обратилась я к служанке, направляясь мимо нее к двери ванной.

А дальше все произошло слишком стремительно. Девица резко обернулась, я заметила лишь сверкнувший яростью взгляд и перекошенный в кривой усмешке рот. В руке дамочки опасно блеснуло лезвие длинного, наверняка очень острого кинжала.

– Стерва!! Это ты во всем виновата!! – раздалось поистине змеиное шипение, и лжеслужанка бросилась ко мне.

Я настолько не ожидала такого подвоха, что замешкалась на несколько мгновений, пытаясь осознать, чем могла насолить горничной, пока в мозгу не заорала истошно интуиция. В столице у меня имелся лишь один враг, который мог так искренне ненавидеть, хотя вряд ли графиня знала, насколько я причастна к смещению королевы. Вопрос, как она смогла проникнуть во дворец, оставим на потом… И да, я не ожидала, что меня попробуют достать банальным холодным оружием, а не магией, вот драться против дамы с ножом точно никто не учил. Мгновения словно растянулись, движения стали как в замедленной съемке. Я замерла, во все глаза глядя на графиню – подозреваю, под маской, но проверить не оставалось времени, а нож между тем неумолимо двигался к моему животу. И быть бы мне серьезно раненной, если не хуже, если бы в следующий момент в спальне не появилось новое действующее лицо.

В простенке между дверью в ванную и кроватью бесшумно открылся темный провал, и к лжеслужанке молча метнулась неясная фигура, сбивая с ног, и время с едва слышным щелчком понеслось дальше в прежнем ритме. Ауриния зло вскрикнула, извернувшись и размахнувшись кинжалом, и мне пришлось прикусить костяшки, чтобы задушить собственный крик в зародыше. Я благоразумно отпрянула подальше, напряженно наблюдая за схваткой, в которой, впрочем, мало что могла разобрать. Графиня сопротивлялась по-серьезному, даже глухо рычала, то и дело хищно мелькал отблеск светильников на лезвии, пока наконец клинок со звоном не отлетел в сторону. Ауриния болезненно вскрикнула, страдальчески сморщилась – Дар заломил ей руку за спину, вывернув запястье, и тут же вокруг него обвилась светящаяся нить ядовито-зеленого цвета.

– Вот так, дорогуша, – сквозь зубы зло процедил он, без всякой деликатности прижав натужно сопящую графиню коленом к полу и заведя за спину вторую руку. – Глупо, конечно. – Он покачал головой, встал и рывком вздернул женщину на ноги за плечо, легонько встряхнув.