Судить буду сам

 – Что с ним сейчас будем делать? Ладно, для начала пусть «на клык возьмет», а потом подумаем, что с ним делать дальше…

Ударив пленника кулаком в сплетение, отчего тот, задохнувшись, согнулся крючком и упал на колени, второй Шикас за волосы рывком поднял его голову, а первый, неспешно расстегивая штаны, поинтересовался:

– Ну что, сам обслужишь, или твою бабу с соплячками сюда привезти?

– Ребята, не надо! Ну, будьте людьми! – плачущим голосом взмолился пленник. – Я завтра же дом продам! Клянусь!

– Поздно, бабка, пить боржоми! – гоготнул второй, наотмашь хлестнув его ладонью по лицу. – Ну-ка, рот отк…

Он не успел договорить, поскольку кто-то по-кошачьи мягко вынырнул из темноты, и на его спину по линии почек обрушился жестокий удар крепкой струганой дубины. Почти одновременно то же произошло и с его «корешем». Оба бандита, будучи не в силах издать даже стон, скорчились на земле от дикой боли, которую доктора могли бы назвать «синдромом почечной колики».

Пленник, ошеломленный появлением незнакомцев в камуфляже и черных масках, съежившись в комок, судя по всему, был напуган ими даже больше, нежели своими только что поверженными мучителями. Один из незнакомцев рукой, затянутой в тонкую кожаную перчатку, открыл дверь машины Шикасов и достал из бардачка пачку денег, перетянутую резинкой. Подойдя к пленнику, он тихо, почти шепотом спросил:

Тот, со страхом глядя на него, судорожно мотнул головой.

– Да, да, – осторожно, как гранату с выдернутой чекой, приняв деньги, закивал пленник. – Век за ваше здоровье молиться буду… Спасибо вам! – всхлипнув, он быстро скрылся в темноте за деревьями.

Бандиты, приходя в себя, попытались было встать, но грубые удары десантных берцев по ребрам заставили их от этого отказаться. Разматываясь с хрустом и треском, их руки и ноги стянула липкая лента скотча. Потом скотчем им заклеили рот.

Заметив на краю поляны гладкий пень кем-то спиленного дуба, Федор указал на него и вполголоса скомандовал:

Взяв сзади за подмышки первого из Шикасов, он без особого усилия оторвал его многопудовую тушу от земли. Вадим и Евгений подхватили бандита за ноги, а его коленки пригнули к груди, после чего направились к пню, смутно белеющему в лунном свете. Начав догадываться о том, что его ждет, Шикас задергался, но это ему не помогло. Три пары сильных рук подняли его повыше, после чего его зад со страшной силой припечатался к чему-то необычайно жесткому. В животе у Шикаса словно квакнула огромная жаба, после чего там закрутила нестерпимая боль, а в его спине что-то болезненно хрустнуло, отчего руки и ноги враз отказались слушаться. Еще пару раз испытав подобную «жесткую посадку», он был отброшен в траву, и сразу же после этого настал черед его «кореша».