СВО. Пекло войны

Десятки дончан продолжали заниматься обыденными делами: возвращались домой с покупками, катили коляски с младенцами, мирно общались на входе магазина с забитыми листами ДСП окнами. На месте демонтированного павильона рабочие сооружали новый магазинчик. Искры разлетались в разные стороны. Напротив готовили шаурму. Запах разносился по округе, привлекая покупателей. Тут же продавали овощи, как и в тот самый роковой день. Мимо проходили старушки, замотанные в теплые платки. Женщины старались не смотреть вокруг – все напоминало о страшной трагедии.

На бордюре лежала пара гвоздик. Если не знать, то можно было посчитать, что их кто-то уронил или попросту выбросил. Но нет. На этом месте лежало тело одной из жертв обстрела ВСУ на рынке в микрорайоне Текстильщик. Казалось, что цветы и венки здесь повсюду, ровно на тех же местах, где смерть застала дончан утром 21 февраля.

На противоположной стороне улицы и вовсе стихийный мемориал. До сих пор к ступенькам маркета, который когда-то давно был магазином «Засядько» (по привычке дончане продолжают его так называть), горожане несут цветы, игрушки и венки. Среди вороха уже засохших букетов выделялись яркие бутоны темно-красных гвоздик. Но больше всего бросилась в глаза детские вещи – рюкзак, мягкие и пластиковые игрушки – как напоминание о том, что в тот день пострадали в том числе и малыши.

Спустя час был в другом конце города. Остановился рядом с останками автомобиля, который сгорел в результате удара по Калининскому району. Больше недели прошло, а его так и не убрали. Такой себе памятник о тех событиях. Здесь также оставили букеты гвоздик. Но поразило другое – записка со стихотворением, которое написала девушка в память о парне, который в тот день оказался в эпицентре обстрела. Обмякший после дождя листок лежал рядом с цветами и лампадкой на месте, где лежало безжизненное тело:

В записке еще несколько четверостиший, а заканчивалась она словом «Герой!».

Со стороны может показаться, что все уже пережили и забыли эту трагедию, как и десятки таких же, что случались ранее. Словно и не было ничего, жизнь продолжается, несмотря на продолжающиеся боевые действия. Все так же ездит общественный транспорт, на дорогах много гражданских автомобилей, магазинчики заделывают выбитые окна и вешают баннеры «Мы работаем», молодые мамочки гуляют со своими чадами, в закусочной на остановке все так же вкусно пахнет панини, самсой и шаурмой. Но все это лишь оболочка, создающая ложное представление о жизни в Донецке.

Внешне никто не будет проявлять то, что кипит внутри. Боль продолжает зудеть, не дает покоя. Страх тоже никуда не ушел, несмотря на то что порой кажется, что к подобному привык.