Тайна Карлоса Кастанеды. Анализ магического знания дона Хуана: теория и практика

Формально же он не является познанием, если мы говорим о познании тоналя, так как невербализуем и, более того, не может быть описан принципиально: в тот же миг, как мы приступим к его описанию, процесс прекратится, и мы вернемся в исходную точку.

Это и есть "темное знание" мистиков, куда науке нет доступа. Сам мозг как предмет описания перестает в нагуале существовать; он не только не является больше хранилищем информации, поскольку нагуаль не знает никакой «информации», категорически протестуя против формы ("ин-форма-ция" — облечение в форму), — он исчезает как замкнутый на себе объект, как обиталище психического, что для мира тоналя всегда есть оппозиция внешнему, некая коробка, набитая мыслеформами, образами, идеями, т.

 е. той рефлексивной кашей, что называется "идеальным миром" человека. Противопоставления "субъект — объект", "внутреннее — внешнее" в нагуале не актуальны.

Как мы функционируем посредством описания? Сталкиваясь с внешним сигналом, мы закономерно обращаемся внутрь, силясь отыскать идеальные элементы, при помощи которых возможна интерпретация и адекватное ей действие.

Такое положение неизменно чревато экзистенциальным конфликтом. Внешнее — всегда враг внутреннего, потенциальный противник, вызов, проверка на прочность и эффективность. В нагуале, где торжествует Реальность, миф об отделенности исчезает, как тень. Человек превращается в разомкнутую структуру, вещь и знание о ней абсолютно уравниваются друг с другом. Ничего не зная формально, мы в каждый момент располагаем абсолютным, исчерпывающим знанием о той области Реальности, с которой имеем дело. Наука здесь невозможна и не нужна, так как уже не информация оперирует информацией, но вещь — вещью, что и есть необусловленное действие, для которого нет пределов.

Таким образом, мы еще раз можем оценить смысл выражения дона Хуана "нагуаль там, где обитает сила". Способность к произвольной концентрации внимания (то поистине величайшее достижение Природы в человеческом существе, которое и породило сознание, личность, цивилизацию) в мире нагуаля обнажает заключенную в ней невообразимую мощь.

Не это ли высшая самореализация Человека, открывающая совершенно иную перспективу для его бытия, иную гармонию, иной смысл? Выше мы говорили, что способ утилизации энергии бытия — прямое следствие способа восприятия объекта, так что тернистый путь человеческого развития в конце концов сводится к разработке такого описания мира, какое гарантировало бы нам максимальное разнообразие и оптимальность в методах данной утилизации.