Тайна Карлоса Кастанеды. Анализ магического знания дона Хуана: теория и практика

Человек нового времени не подготовлен к чудовищному взлету своей власти."

Конечно, нет сомнений: человек все еще не готов к свободе, как не готов он и к встрече с непостижимой Реальностью (вне христианского бога и прочих «спасительных» доктрин). А стало быть, человек не готов стать человеком. Такое положение должно было бы удручать и печалить, но религия находит здесь повод для мрачного торжества. без покровительства и защиты Отца нашего Небесного человек — просто слепой червь, и не видать ему Царства Божия в его «самодельной», самостоятельной свободе. Какое уж тут Непостижимое! Без Спасителя — только мрак и безысходность…

Но сколько духоты, сколько спертости мысли в самом подходе! Как не хочется вновь перетряхивать всю эту ветошь, все эти скудные потуги описать мир, понавешав предупреждающих табличек и указателей типа "Осторожно! Погибель души!" или "Верной дорогой идете, товарищи!" После блистающих океанов нагуаля, после свежих и вольных ветров, которые нам посчастливилось вдохнуть, снова тащить па свет божий дряхлый дуализм, менторские замашки начетчиков и болтунов, все это скопище самонадеянной глупости, претендующее на сверхчеловеческую мудрость, а на деле погрязшее в банальностях и трюизмах. Р. Гвардини, прочитавший Слово Божие, уж наверняка знает, что говорит. Свободу, говорит он, можно использовать «правильно» и «неправильно» — как будто это утюг, которым можно гладить белье, а можно колоть орехи. Очевидно, человеческий тональ так и представляет себе свободу — этакий список разрешенных действий вместе с доходчиво изложенной инструкцией по эксплуатации, правилами техники безопасности и т. п.

Неужели так трудно попять, что свобода — это состояние бытия. абсолютно полное, самодостаточное и гармоничное изнутри? И если человек не готов к свободе, то он ее и не получит, ибо свобода — достижение личное, внутреннее, глубоко интимное. Нет причин пугаться якобы возможной свободы по простому соизволению демократического большинства в парламенте. Hе-свободный человек всегда найдет способ убежать от свободы, всегда состряпает гору правил и законов — как в социальной, экономической, так и в духовной жизни. Утратит авторитет христианство — взойдут новые кумиры, новые спасители и новые диктаторы.

Кто, кроме дон-хуановского воина, посмеет выдержать яростный блеск свободного солнца? Человек всегда стремится искать человеческое. Если же он когда-нибудь встанет на следующую, более высокую ступень и разглядит свободу как сияние Непостижимого, то он уже не сможет использовать ее "правильно или «неправильно» — он просто позабудет правила, которые были ему нужны в прежние годы зависимости и рабства.