Тайна Карлоса Кастанеды. Анализ магического знания дона Хуана: теория и практика

«Своемудрые» эпигоны — воздыхатели Блаватской, Елены Рерих и Махариши Махеша — уже вознегодовали: стой, смиренный путник! Впереди — безбожная топь и вечные сумерки злых идолов-лиходеев! Где обещанные буколики в кущах небесных, где лирические восторги истосковавшегося по слиянию с нами Божества? Мы не в претензии: каждый имеет право сойти в могилу убежденным солипсистом, христианином, в неразложимый свет Сат-Чит-Ананды, в нудьгу кромешного небытия материализма, скукожиться в эмбрион для следующих, не менее увлекательных, инкарнаций…

Мы просто показали вам, что на этой трагической колее, помимо воспарения в радостное ничто и удобрения сельского хозяйства, есть некое распутье, сбоина, "щель между мирами". А за нею — тропа, по которой уходят воины и маги.

О них не сложить эпитафий — их путь все еще длится, их день не утомляется вечным светом, но они — не боги. Быть может, они разведчики, посланцы, исследователи — одиночки, агенты рефлексирующего сознания, лазутчики вконец отчаявшегося тоналя? Они как те вещи в древнебуддистской сутре — "ни совершенны, ни несовершенны, ни порочны, ни непорочны". Они есть. Или только были?

Порою кажется, что туда — в непроглядный хаос неизведанных миров — идут только нищие, обездоленные и одинокие. Что это — их туманные низовья, их душевный недуг, их галлюцинаторная авантюра? Их бред или их спасение? Ведические риши рассказывали, что немногие, возлюбив вечность, оставив тело, уходили не на Луну, которая возвращает к новому рождению в прахе, а прямо на Солнце — там они превращались в молнии и улетали скитаться по любимой ими беспредельности.

Воин выбирает свободу. А воина выбирает сила. Манящие просторы энергетических полей своими светящимися нитями «нащупывают» формы, в которых жизнь с особой силой готова «резонировать» Непостижимому, позабыв и отчий кров и маленькую свою родину.

"Избрать тебя было решением силы. Никто не может изменить планов силы. Теперь, когда ты выбран, ты уже ничего не сможешь сделать, чтобы остановить выполнение этого плана.

— Но ты сам говорил мне, дон Хуан, что всегда можно потерпеть поражение.

— Это верно. Каждый может потерпеть поражение. Но я думаю, ты имеешь в виду что-то другое. Ты хочешь иметь свободу потерпеть поражение и закончить все на своих собственных условиях. Слишком поздно. Воин находится в руках силы, и его единственная свобода заключается в том, чтобы вести безупречную жизнь. Нет никакого способа разыграть победу или поражение. Твой рассудок, для того, чтобы отказаться от целостности самого себя, может захотеть, чтобы ты проиграл битву и упал, но есть контрмера, которая не позволит тебе провозгласить ложную победу или ложное поражение. Если ты думаешь, что можешь отступить в гавань поражения, то ты не в своем уме.