Таверна "Сытый волк"

Мы специально готовили его понемногу, чтобы Аринка с Барстом всегда к слову добавляли: вот в новой таверне такое кушанье будет одним из фирменных блюд! Чувствую, повар из постоялого двора точно попытается вскоре повторить мои запечённые горшочки, но людская молва до этого времени успеет разнести весть о первоисточнике такого интересного пирога.

К тому же я полностью уверена в своей готовке — это было любимое блюдо дедушки, потому его вкус отточен мной до идеала. Да и не стоит забывать, что каждый человек готовит по-своему — даже если это простая яичница вкус непременно будет отличаться.

Что уж говорить о сложных блюдах с набором специй и маленьким секретом в виде кусочка сливочного масла, брошенного в начинку. Плюс ко всему готовка всегда была моей страстью, а это неизменно отражается на готовом блюде.

Несмотря на нависшую угрозу, день за днём моя затея приносила свои плоды. Всё чаще каждого из нас спрашивали, когда же можно будет посетить таверну, проезжающие купцы и просто путешественники интересовались тем же, на что мы всё увереннее называли срок до открытия.

Аринка, как и семья Барста теперь жила с нами, но непосредственно в таверне.

Она переехала даже чуть раньше них — вещей у девушки было не так много, и потому ей сделать это оказалось проще, чем остальным. Обдумав варианты, она решила поселиться в одной из небольших спален, примыкающих к кухне. Их я готовила на случай, если нанятые работники захотят жить здесь же. От основного помещения спальни для персонала отделались небольшим коридором с несколькими выходами, который будто бы поглощал звуки из кухни (магия тотемов не переставала меня удивлять), тем самым сохраняя в них тишину.

В соседних с Аринкиной спальнях за прошедшую неделю успели поселиться приведенная ей кухарка, одна будущая подавальщица и девушка, которая уверяла, что может помогать, как и на кухне, так и в зале. Конюха так же уже успели найти — его привёл Барст, заверил, что молодой парень души не чает в животных, а те отвечают ему тем же. К тому же Йосеф, так звали белобрысого, чуть полноватого парнишку, всю жизнь провёл в конюшнях одного из лордов центральной касты и потому имел много опыта. Этот малый и дальше бы там работал, если б… не додумался влюбиться в хозяйскую дочь, за что и был выгнан на улицу.

О том, что ко мне прямо-таки тянет всех обиженных жизнью, я уже шутить перестала. Это становилось своего рода традицией, к которой все попросту привыкли.

Новые заботы, новые знакомства и бесконечная работа так поглотили меня, что я очень удивилась, когда бабушка всучила мне стопку свежей, явно только сшитой одежды, и недовольно проскрипела:

— Хоть немного отвлекись от работы! Первоцвет на дворе, иди, прогуляйся. Остальным я тоже дала выходной.