Таверна "Сытый волк"

Плюс картину дополнил мой потупленный взгляд — чтобы позорно не потерять сознание, пришлось опустить голову и начать рассматривать мужские сапоги.

Киллиам глухо засмеялся и вкрадчиво спросил:

— Неужели ты расстроена? Кто бы мог подумать, что такая с первого взгляда невинная девушка, обладает такими странными вкусами.

Дольше положенного поразмыслив над сказанным, перевела взгляд на крепкое запястье оборотня, прижатое к моим рёбрам, и уточнила:

— Ты сейчас нарочно?

— Да, — признал слишком добрый сегодня оборотень и пояснил, — тебе нельзя терять сознание, вот и отвлекаю.

Мне тоже не желательно. Если мы, конечно, не хотим, чтобы наша скрытая сила вырвалась на волю. Думаю, градоначальник не обрадуется моему волку в своем городе. Слабонервных вокруг хватает.

Ухватившись за последние слова, решила помочь Киллиаму, а то вдруг он не врёт и стоит мне сейчас отключиться, как тут же откроется бесконтрольный портал. Ага, на Землю. То-то все обрадуются.

— Твой волк… такой страшный? — с передышками задала интересный вопрос. Вдруг больше этот оборотень не будет настолько сговорчивым и о себе ничего не расскажет.

Зачем мне знать что-то о нём? А чёрт его знает.

Киллиам явно замялся, но всё же ответил:

— Что-то вроде, — после чего виновато добавил: — Ох, кажется, теперь я должен тебе платок и плащ.

Спросить о чём он говорит, не успела, потому, как перед нами снова вырос умчавшийся за лекарством мужчина в капюшоне.

— Вот, выпейте, — сказал он, как только оказался рядом.

— Сначала ей, — отрезал Киллиам и, судя по ощущениям, упрямо покачав головой. Стоило ему это сделать и на мою щёку капнуло что-то тёплое.

— Ваше благородства не доведёт до добра, — неожиданно почтительно проворчал мужчина и, откупорив фиал, протянул его Киллиаму.

Тот резко толкнул меня на себя, тем самым заставляя немного запрокинуть голову, чтобы тут же прижать флакон к моим губам и опрокинуть его.

Растерявшись от настолько резких действий, я в два глотка его осушила. И пока приходила в себя, внутренне сокрушаясь о такой беспечности, оборотень взял из рук своего то ли друга, то ли подчиненного второй флакон более ядрёного цвета и быстро выпил его содержимое сам.

По мере того, как мне становилось лучше, я начала отмечать всё больше важных моментов.

Для начала в глаза бросилась кровь. Серые волосы Киллиама над виском потемнели, а по лицу вились алые дорожки, которые пропитали не только ворот его кожуха, но и мой плащ на плече.

Заметив мой наполненный ужасом взгляд, оборотень хмыкнул:

— Не слишком гордись собой. Эта рана была до того, как ты решила полетать. Просто края не успели нормально зажить, вот и разошлись.

— Как можно шутить в такой момент? — взбеленилась я, с каждым ударом сердца чувствуя, как отступает дурнота.