Тень змея

Но ведь это неправда! У Сета был только один ребенок – Анубис.

Мне не хотелось этого делать… но я погрузилась зрением в Дуат. На том месте, где лежал Уолт, я увидела другого человека. Точнее, это было как два наложенных друг на друга изображения… на одном уровне на земле растянулся юноша – бледный и изможденный, в золотом ожерелье и черной египетской юбке, со знакомыми карими глазами и печальной улыбкой. Когда же я погрузилась еще глубже, то увидела окруженную светящимся серым ореолом фигуру бога – шакалоголовое воплощение Анубиса.

– О… нет. Нет. – Я вскочила и попятилась от него. От них. Разрозненные части головоломки в моей голове вдруг встали на место, и мне стало дурно. Эта способность Уолта обращать предметы в прах… признак того, что он пошел путем Анубиса. Он уже много месяцев являлся проводником его силы. Их дружба, их долгие разговоры, другой путь спасения, на который намекал Анубис…

– Что же ты наделал? – Я с ужасом смотрела на него, не зная даже, каким именем его теперь называть.

– Сейди, это я, – сказал Уолт. – По-прежнему я.

И Анубис в Дуате повторил с ним в унисон: «Все еще я».

Меня трясло. Я чувствовала себя обманутой, преданной. У меня не осталось ничего… как будто весь мир уже провалился в пучину Океана Хаоса.

– Я могу все объяснить, – сказал он на два голоса. – Но Картеру нужна твоя помощь. Пожалуйста, Сейди…

В общем, гордиться мне особенно нечем. Я развернулась и бегом бросилась к открытому проему, ведущему в темноту. И в тот момент мне было совершенно неважно, куда он меня приведет – лишь бы оказаться подальше от этого не то мертвого, не то бессмертного существа, про которое я думала, что люблю его.

15. Я превращаюсь в лилового шимпанзе

Желебоны? Что, серьезно?

Надо же… Раньше я этой истории не слышал. Честно, моя сестрица не перестает меня поражать… (Да нет, Сейди, это был вовсе не комплимент.)

В общем, пока Сейди переживала по поводу своих сверхъестественных отношений с парнями, мне пришлось сражаться с топороголовым капитаном речного парохода, который, судя по всему, решил сменить имя на Еще Более Кровавый Топор.

– Ступай прочь, – велел я демону. – Это приказ.

Кровавый Топор издал дребезжащий звук, который, вероятно, означал злодейский хохот. Он сделал резкое движение головой – почти удачное подражание Элвису Пресли – и прорубил здоровую дыру в стене, а затем снова уставился на меня, весь обсыпанный щепками.

– У меня другой приказ, – прогудел он. – Приказ убить!

Он бросился на меня, как разъяренный бык. Что после пережитых в серапеуме неприятностей вызывало только самые негативные ассоциации.