Тест на измену (СИ)

Паша даже радио не включает. Мне хоть и тяжело вести разговоры, а гробовой тишины еще хуже, она давит бетонной плитой. Паша не настроен общаться. Уставился в лобовое стекло и погрузился в свои мысли. Я понимаю, ему нужно время осознать такую шокирующую новость. Не каждый день тебе сообщают о том, что станешь отцом. Но как же мне тяжело вот так молчать рядом с ним!

В реальности медицинский центр оказывается даже лучше, чем на фотографиях в интернете. По Пашиному лицу понимаю, что он тоже остался доволен. Мы поговорили с врачом, я в подробностях поведала о двух предыдущих выкидышах.

Неприятно было рассказывать об этом в присутствии Паши, но он отказался выходить из кабинета. Слушал с протокольной физиономией, как будто сидит на совещании в «Стройкапитале». Впрочем, как обычно.

Пока я осматриваю палату, в которой буду жить, и знакомлюсь со своей личной медсестрой, Паша идет в кассу и оплачивает мое пребывание здесь. Вот этого мне хотелось меньше всего. Не для того я ему рассказала о беременности, чтобы он всюду платил за меня деньги. На мою жалкую попытку вернуть ему потраченную сумму, Паша таким взглядом на меня смотрит, что я моментально замолкаю и понимаю: лучше не спорить.

Паша настаивает на том, чтобы я осталась в центре уже сегодня. И снова таким приказным тоном говорит, что возражать бессмысленно. Приходится звонить маме и в подробностях объяснять, какие вещи мне собрать. Паша уезжает и возвращается через три часа с моим чемоданом.

Я нервничаю еще больше, чем до того, как сообщила Паше о беременности. Даже закрадывается мысль, что не надо ему сообщать. Правда, он все равно бы узнал о моей беременности, так как наши семьи дружат, но можно было бы соврать, что это ребенок Ромы.

Меня мучают вопросы: что дальше? он теперь хочет со мной быть? или это просто забота? Я не хочу, чтобы Паша был со мной только из-за ребенка. Это унизительно. Я хочу, чтобы Паша сам хотел быть со мной.

— Если что-то надо будет, звони, — говорит, стоя у выхода из палаты.

— Слушай, Паш, — переминаюсь с ноги на ногу. — Моя беременность ни к чему тебя не обязывает. Ты ничего не должен ни мне, ни ребенку. Правда. Я не хочу, чтобы ты думал, будто я таким образом привязываю тебя к себе.

— Я похож на человека, которого можно насильно к себе привязать? — выгибает бровь.

— Нет-нет, — тороплюсь опровергнуть. — Просто… В общем, ты не должен быть со мной только из-за ребенка, — наконец, произношу наболевшее. Тяжело было озвучить это вслух.

— Я разве сказал, что я снова с тобой? Мне казалось, мы прояснили это в прошлый раз, и тема закрыта.

— Арин, ты беременна моим ребенком, поэтому я буду принимать участие во всем, что касается ребенка. Но повторю: я не хочу с тобой быть.

Сказал — как отрезал.