Тест на измену (СИ)

Я завершаю мучительный процесс перевоза всех своих вещей от Ромы к родителям. Это сложно. Не столько физически, сколько морально. Ни один чемодан, ни одну коробку не получилось собрать без слез. Все такое родное в этой квартире, даже не представляю, что больше не буду здесь жить. Привычка — очень сильная вещь.

После откровенного разговора о расставании мы с Ромой поговорили еще раз. Нет, мы не обсуждали наши чувства, мы обсуждали наше имущество. Оно у нас вроде как совместно нажитое, так что по закону должно делиться пополам. Но мы решили договориться иначе: на кого что оформлено, то тому и остается.

В кино истории большой любви заканчиваются трагедией вселенского масштаба, а в жизни — дележкой денег и имущества.

Как такового общего бюджета у нас не было. Рома платил ипотеку и коммуналку. Продукты покупал тот, кто ходил в магазин. Если шли вместе, то чаще платил Рома, но иногда могла я. Моя зарплата приходила мне на карточку, зарплата Ромы — ему на карточку. Он не спрашивал, на что я трачу свою зарплату, я не спрашивала, на что он тратит свою. Каких-то крупных совместных покупок помимо квартиры у нас не было. Но 90 % денег в квартиру вложил Рома, моих там только 10 %, а то и меньше. На первоначальный взнос дали средства родители Ромы, мои по понятным причинам не дали ни рубля.

В общем, я отказалась от претензий на квартиру, а Рома сказал, что я ничего не должна ему за машину. Он помог мне ее купить. Мне не хватало половины суммы, я собиралась брать автокредит, а муж сказал, что даст мне недостающую часть.

Родители не комментируют наш с Ромой развод, но в их глазах так и читается: «МЫ ЖЕ ГОВОРИЛИ». В какой-то момент я даже начинаю жалеть, что переехала к ним, а не сняла квартиру. Так было бы проще.

Отыскав где-то в чемоданах куртку с шапкой, собираюсь на встречу с Мариной, сестрой Паши. Мне отчаянно требуется проветриться после того, как я вывезла из квартиры Ромы все свои вещи и отдала ему ключи. Это была еще одна тяжелая сцена для нас обоих. Мы понимали, что скорее всего видимся последний раз в жизни. В загс за свидетельством о разводе пойдём по отдельности.

Я не спрашивала у Ромы, встречается ли он с Ренатой. В квартире ее следов не было. Может, Рома оставался у нее, а может, нет. Не знаю. Да и неинтересно, если честно. Пусть живет как хочет. Мы теперь оба свободные люди.

За три недели после командировки Пашу я увидела от силы три раза, и то — на общих совещаниях. В наших отношениях все без изменений: он босс, я подчиненная. Обращаемся друг к другу только по рабочим вопросам. Вот только с каждым днем Паша заполняет мои мысли все больше и больше. И не как начальник. Я томлюсь в сладостных воспоминаниях о нашей юности, пересматриваю совместные фотографии в старом телефоне, а на совещаниях любуюсь им с тихой грустью.