Тихая лесная заводь. Медитация прозрения от Аджана Чаа

Забота, уход и даже привязанность к двум или трём вещам могут отнимать много времени, когда помимо медитации у тебя мало дел.

Несколько западных монахов, которые перед посвящением путешествовали по всему миру и были вольны и экстравагантны в выборе одежды и стиле своей жизни, вскоре обнаружили, что подчинение и соответствие правилам монастыря являются делом трудным и угнетающими их. Головы бреют именно так, монашеские робы носят именно так; предписывают даже то, как надо стоять и ходить. Поклоны старшим монахам должны выполняться именно таким образом, чашу для подаяний держат именно таким образом. Даже имеющий самые лучшие намерения человек с Запада может быть разочарован из-за необходимости подчинения всем этим правилам.

Один из монахов до посвящения был не просто обычным путешественником, а, как он сам себя называл, «костюмированным» хиппи, с колокольчиками и расшитыми цветами накидками, причудливыми шляпами и длинными косами. Соответствие монашеским правилам стало для него настолько трудным, что через несколько недель пребывания в монастыре он проснулся посреди ночи от кошмара, в котором он взял свои золотистые одеяния и сделал их зелёными и красными и нарисовал цветы и тибетские узоры на своей чёрной чаше для сбора подаяний.

Услышав эту историю на следующее утро, Аджан Чаа рассмеялся. Потом он спросил про свободу в Америке. Состоит ли она в том, что ты можешь делать со своей причёской, со своей одеждой? Он напомнил монаху, что если тот вернётся к своей медитации, то, вероятно, обнаружит более глубокое значение слова «свобода». Его задача состояла в том, чтобы обнаружить, что освобождение находится за пределами обстоятельств и времени.

Для каждого, кто испытывает подобную алчность в условиях отречения и простой жизни, этот опыт ярок, как никогда до этого. Трудности, связанные с чувством собственности и желаниями, совершенно не зависят от внешних обстоятельств: они пустили корни глубоко в сердце и могут атаковать вас в любой ситуации, при наличии любого имущества. Пока это не будет полностью понято и пока урок оставления не будет глубоко усвоен, каждая новая внешняя форма будет становиться лишь ещё одной ареной, на которой играет привычка к алчности.

Аджан Чаа хорошо осведомлён о том, как жизнь в лесу может выявить и порой усугубить проблемы, пустившие корни в уме или сердце. Его методика состоит в использовании аскетической дисциплины, чтобы позволить монахам бороться и работать напрямую со своими проблемами алчности или осуждения, ненависти или невежества. Его учение всегда в первую очередь возвращает монахов к их собственным умам, источнику и корню всех проблем.