Только звери

На глазах у нас он осторожно опустил салфетку с хлебом и помидорами на раскаленную плиту и отступил на два шага, наблюдая за процессом. Не прошло и нескольких секунд, как салфетка вспыхнула, следом за ней загорелся и хлеб. Встревоженный тем, что его новый способ приготовления пищи не оправдал себя, официант схватил с ближайшего стола другую салфетку и бросил ее на плиту, пытаясь потушить пожар. Салфетка, как и следовало ожидать, тоже загорелась.

— Не знаю, что у греков называют деликатесами, — сказал Ларри, — но это блюдо выглядит вполне деликатно, притом оно приготовлено почти у самого столика клиента.

— Этот парень, должно быть, сошел с ума! — воскликнула мама.

— Единственный по-настоящему пикантный способ жарить помидоры, — возразил Ларри. — Представляешь, сколько удовольствия ты получишь потом, выковыривая зубочисткой кусочки обугленной салфетки.

— Оставь свои отвратительные шутки, — возмутилась мама. — Будто ты и впрямь думаешь, что я стану это есть.

— Узнаю запах овощного супа с вермишелью, — заметил Ларри. — По-моему, мама, ты просто обязана отведать немного после таких стараний юного официанта.

— Что за чушь ты городишь! — воскликнула мама. — Они тут все сумасшедшие!

— Нет, — вступил Лесли. — Они тут все греки.

— Синонимы, синонимы, — заключил Ларри.

Почему-то один официант ударил кулаком другого; тем временем казначей схватил виновника суматохи за лацканы пиджака и честил его нехорошими словами. Ко всему этому прибавились негодующие крики пострадавших. Угрожающие жесты, толчки и сочная брань являли собой увлекательное зрелище, но у всякого удовольствия есть свой предел, так и здесь все кончилось тем, что казначей влепил нашему официанту добрый подзатыльник, в ответ на что тот сорвал с себя не первой свежести форменный пиджак и швырнул в лицо казначею, а тот швырнул его обратно и велел парню убираться из столовой.

После чего сердито приказал оставшимся официантам навести порядок и направился к нашему столу, извиняясь налево и направо перед другими пассажирами. Подойдя к нам, остановился, выпрямился во весь рост, достал из петлицы пиджака свежую гвоздику и подал маме одной рукой, беря другой ее правую руку и запечатлевая на ней галантный поцелуй.

— Мадам, — сказал он, — примите мои извинения.

Мы не можем подать вам обжаренные помидоры. Любое другое блюдо, какое пожелаете, только не обжаренные помидоры.

— Это почему же? — полюбопытствовал Ларри.

— Потому что наш гриль не работает. Понимаете, — продолжал он объяснять, — это наш первый рейс.

— Представляю себе второй, — съязвил Лесли.

— Скажите, — не унимался Ларри, — почему ваш официант задумал жарить на той плите?

— Это очень глупый парень, — ответил казначей. — У нас на судне только опытный персонал.