Товарищ "Чума" (СИ)

Однако, поточнее я рассмотреть их не успел — мне неожиданно поплохело, а затормозившее время рывком вернуло себе нормальную скорость. Моя рука, выброшенная вперед, резко отбила в сторону направленное на меня оружие. Но я не успел — пред самым соприкосновением сухо треснул спущенный мамашей курок…

«Приплыли!» — пронеслось в голове, но выстрела не последовало.

Выбитый из руки Глафиры Митрофановны наган проскакал по столу. И едва не свалился на пол. Я едва сумел его поймать. Взглянув на пустой барабан, я понял, что мамашка просто-напросто взяла меня «на понт». Просто напугать решила? Но на кой хрен ей это было нужно? На отбитого на голову пранкера она совсем не похожа.

— Вот черт бешенный! — потирая руку из которой я выбил наган, прошипела мамашка. — Чуть руку мне не сломал, паразит!

— Скажите спасибо, что шею не свернул! — нервно произнес я. — Что это сейчас было, Глафира Митрофановна? Ветром голову надуло?

— Мне нужно было вывести тебя из равновесия, — произнесла тёщенька, баюкая ушибленную руку.

Ну, да, каюсь — перестарался. Но когда дело касается моей безопасности, я бываю чрезмерно жёстким. Даже жестоким.

— И на кой вам это было нужно? — Грозно навис я над женщиной, поднявшись на ноги из-за стола. — Я ведь и убить мог! И осталась бы Акулина круглой сиротой! Вы это-то хоть понимаете?

— Видел? — неожиданно спросила Глафира Митрофановна.

— Что видел? — Я даже немного опешил. — Вы вообще о чём?

— Свечение вокруг меня видел, балбес? — неожиданно вспылила мамашка. — Хочешь сказать, что я зазря тут эту комедию ломала?

— Свечение? — Я поначалу не совсем понял, о чём это она, а потом до меня дошло. — Это вы об ауре, что ли? Видел я ваше биополе[1]… — брякнул я, не подумави тут же прикусил язык.

— Как ты сказал? Биополе? — Тут же впилась в меня мамаша своим фирменным взглядом. — Первый раз слышу такой научный термин.

Если она будет на меня так пялиться еще пару-тройку минут — точно дыру просверлит. Прямо не глаз, а алмазное сверло какое-то.

— Биополе, аура — какая разница? — попытался я съехать с темы.

Но тещёнька уже так вцепилась в меня своими «бульдожьими челюстями» — домкратом не разжать!

— Большая! — рявкнула она в исступлении, даже со всей дури саданув кулаком по столу.

А доцентша-то, страшна в гневе. И было большой ошибкой попасть мамаше под горячую руку. Вероятно, что именно это и есть та самая больная тема, из-за которой ей пришлось отправиться в места не столь отдалённые.

— Это самое точное определение, которое только можно применить к ауре! Что ты еще об этом знаешь? Ну?! Говори! Иначе можешь забыть навсегда о нашем сотрудничестве! И вообще, кто ты такой? — уже в очередной раз спросила она меня.