Трагедия Игрек

— Вы когда-нибудь бывали в его лаборатории?

— Несколько раз. Однажды мистер Хэттер пригласил меня понаблюдать за экспериментом с сывороткой на морских свинках — он делал им инъекции. Очень интересно и познавательно. Помню, один известный врач, у которого я однажды…

— Да, сэр, даже два. Один для больших инъекций, другой для малых.

— Оба до сих пор у вас? Один из них не могли украсть из несессера?

— Нет, сэр! Я заглянула в несессер несколько минут назад, узнав, что в комнате Луизы нашли шприц, — доктор Шиллинг держал его, когда вошел в комнату, — подумав, что кто-то украл один из моих. Но оба были на месте.

— А вы можете предположить, откуда взялся шприц, найденный в комнате миссис Хэттер?

— Ну, я знаю, что несколько штук есть в лаборатории наверху…

— …потому что мистер Хэттер пользовался ими во время опытов.

— И сколько у него было шприцев?

— Право, не знаю. Но у него в стальном шкафу была картотека всего находящегося в лаборатории, и там, безусловно, указано количество шприцев.

— Входите, мистер Перри, — произнес инспектор Тамм льстивым тоном голодного паука. — Мы хотим побеседовать с вами.

Эдгар Перри задержался в дверях. Сразу чувствовалось, что он принадлежит к типу людей, которые колеблются перед каждым шагом. Высокий и худощавый мужчина лет сорока пяти, он походил на ученого. Красивое, чисто выбритое лицо было аскетическим и одновременно чувственным. Он выглядел моложе своих лет — как отметил Друри Лейн, иллюзию в основном создавали глубина и блеск глаз. Перри медленно вошел в комнату и опустился на стул, указанный инспектором.

— Насколько я понимаю, вы воспитатель мальчиков? — с любезной улыбкой спросил Лейн.

— Да-да, — хрипловатым голосом отозвался Перри. — Э-э… что вам от меня нужно, инспектор Тамм?

— Ничего особенного, — ответил инспектор. — Просто хотелось бы немного поговорить.

Они сидели, глядя друг на друга. Перри нервничал — он облизывал губы и уставился на ковер, осознав обвиняющую природу устремленных на него взглядов… Да, он знает, что к мандолине не разрешалось прикасаться. Нет, он никогда не был в лаборатории Йорка Хэттера. Он не имел особой склонности к науке, а кроме того, распоряжение миссис Хэттер на этот счет было строгим. Он начал работать в доме Хэттеров спустя неделю после Нового года — прежний воспитатель детей Конрада Хэттера уволился после ссоры с Мартой, когда та застала его бьющим Джеки за то, что мальчишка пытался утопить кошку в ванне.

— А вы ладите с мальчишками? — спросил инспектор.

— Вполне, — ответил Перри. — Хотя они временами бывают трудными, я выработал систему поощрений и наказаний, которая оказалась успешной.

— Держу пари, вам нелегко здесь работать, — сказал инспектор.

— Иногда, — признался Перри.