Травница для инквизитора, или Ведьмам вход воспрещен (СИ)

Картинка сложилась полностью и стало ясно: Агафья, даже находясь в плену, пеклась лишь о том, чтобы выполнить условия договора с банником. Она не могла позволить, чтобы баня сгорела и с ней же сгорел амулет. А значит, он очень важен. Просто в последние две-три недели, что-то у неё пошло не так. Может, Гоша начал память терять из-за слабости Агафьи или хлеб она больше не могла добывать. А что, вполне реально. Ведьма, которая пленила её, могла перестать выдавать ей ржаной хлеб.

Ладно, сейчас не об этом. Надо найти этот амулет и как можно скорее. Нельзя, чтобы он здесь оставался. Я за баней особо не слежу, да и дома иногда отсутствую. Будет лучше, если он всегда будет при мне.

Если бы я была Агафьей, где бы я спрятала амулет?

Травница была уже немолода, а значит, вряд ли бы прятала куда-то подпол или наверху. Стены?.. Какая-то деревяшка скрывает нишу? Стоп! Точно не в парной. Здесь слишком жарко. Амулет может попортиться, ну я так думаю.

Покинул парилку, я вернулась в предбанник, окидывая его цепким взглядом.

— Вась, посмотри под лавками и столом, снизу ничего не прицеплено? — попросила я кота, который без лишних разговоров бросился проверять мебель.

Сама же я направилась к зеркалу, которое было совершенно непригодным. Да, отражение в нём можно было разглядеть, но с трудом. Поэтому его предназначения было понять трудно. Его бы убрать отсюда вовсе, но оно здесь висит.

— Нет ничего, — отрапортовал кот, а я кивнула, оставляя подсвечник на столе и возвращаясь к зеркалу.

Ухватившись за раму, я приподняла тяжеленный предмет, снимая его с петель и тут же разворачивая к себе тыльной стороной.

Толстая деревяшка, на которую было приклеено зеркало, имело прорезь. А там и синий камень в золотистой оправе с тонкой витой цепочкой. Поддев ногтем амулет, я выудила его и забрала себе, возвращая зеркало на место.

— Гош, — заглянув в парную, позвала я паука. — Пойдём в дом. Поговорить надо, — попросила я паука.

— Мне надо найти. Агафья ждёт… — возразил паук, не собираясь уходить отсюда с пустыми лапами.

— Пойдём, — снова настояла я. — Я знаю, где амулет. Но прежде надо поговорить…

— Знаешь? Так давай скорее! — тут же оказался подле меня он, протягивая две передние лапы.

— Гош, — покачала я головой, с трудом удержав себя на месте. Уж слишком резвым он оказался. — А ты помнишь, где Агафья?

— Где? — задумчиво протянул он, замирая на несколько минут. Но после, с сожалением отвечая: — Кажется, нет. Я всё забыл… — чуть ли не плача признался он.

— Пойдём. Я тебе сама мух наловлю. Спасём твою Агафью, обещаю. Ты только расскажи всё, что помнишь. Может, я знаю место, где её держат… — попросила я, пытаясь его утешать. И сработало. Гоша тут же запрыгнул мне на плечо, вызывая сдержанный вдох.

Уже хорошо.