Трофики

Узкое пространство между нависающими скалами пересекала трещина глубиной в человеческий рост. Между каменными глыбами угрожающе завывал ветер, проникал в салон сквозь открытое окно. Было темно, как в сумерках, хотя часы показывали всего лишь начало второго дня. Люди зашевелились, стали вставать, мешая друг другу.

– Вещи берем? – как-то глупо поинтересовался Артем.

– Бери, – отрубил Борис. – На первые три дня, а потом уже не понадобится, – и похабно гоготнул, за что едва не получил по шее. – Не, мужики, в натуре, много вещей брать не надо. Продукты и бухло оставим, коптильню я тоже, пожалуй, не потащу…

Люди выбирались из машины, со скепсисом озирались. Держались все вместе, разбредаться никому не хотелось. Застегивали куртки, натягивали кепки и бейсболки. Их окружало серое каменное царство. Облака примерно той же свинцовой колеровки барражировали небо – степенно, с достоинством. Дождевых туч пока не наблюдалось, только ветер посвистывал, забираясь за воротник. В округе, помимо компании молодежи, не было ни одной живой души.

– Ну, с богом, смертники, – пробормотал Борис и первым отправился форсировать разлом. Он спрыгнул вниз, повозился среди известняковых огрызков и начал выбираться по крутому склону на противоположную сторону. Затем спустился Артем, помог слезть женщинам. Ульяна ойкнула, когда камень в откосе, на который она случайно наступила, вдруг качнулся. Слетела вниз – Олежка издал протестующий возглас, – но Артем успел ее поймать.

– Остерегайтесь работающих механизмов, – хмыкнул Генка, хватая за хлястик Райдера, который собрался наступить на те же грабли. – Офигеть, народ, – пожаловался Генка, осторожно спускаясь вниз. – Всю жизнь считал, что усложнять жизнь надо другим, а не себе. Устроили прогулку выходного дня… Вам не кажется, что мы успешно совмещаем бесполезное с неприятным?

– Заткнись, – пробормотал Руслан, помогая спуститься Алле. – Ты умаляешь наш боевой дух, от него и так ничего не осталось.

– Вы чего там тащитесь как галапагосские черепахи? – ворчала в спину Рогачева. – Живее, мужчины, живее. Становой, твою мать, ты не хочешь подать своей единственной даме руку?

Группа людей перебралась через провал, проклиная все «большие каньоны» мира, потащилась дальше. Шли действительно медленно, вперед никто не рвался. Проход загромождали каменные обломки, кое-где пучками пробивалась трава. Люди поднимали головы, обозревали гребни нелюдимых скал. Дружно вздрогнули, когда с одного из зубцов, грузно махая крыльями, взлетела ворона, покружила несколько мгновений и ушла за грань.

– И как наше любопытство? – снова не выдержала Ульяна.

– Уселось и сидит, – проворчал Райдер, вытаскивая из сумки свой дозиметр «Сосна».