Трофики

Оружие оказалось не таким уж крупным – массивность рукоятки компенсировал короткий ствол. Включилось что-то в голове, забрезжило. Это же травматик, который Руслан обронил в тумане! Вернее, не обронил, а Олежка выбил. А перед этим Руслан успел выпустить несколько пуль в белый свет…

Находка представляла прикладной интерес. Ульяна жила в современном мире, знала, что из травматического оружия можно и убить. Она забрала находку и снова вышла на «маршрут». И только забравшись в канаву, убедившись, что не является объектом пристального наблюдения, изучила пистолет. В оружии она была не сильна, но общая эрудиция подсказывала, что у любого пистолета есть обойма, затвор и предохранитель. Она надавила на кнопку слева на рукоятке – выдвинулась обойма. В ней оставалось пять патронов, снабженных резиновыми наконечниками, – она извлекла их все поочередно, потом вернула обратно. Оттянуть затвор тоже не составило труда. Нашелся и предохранитель, замкнувший курок от случайного срабатывания.

Ульяна задумалась – она не была уверена, что сможет воспользоваться пистолетом. Хорошо, удобно, надежно… но не женское это дело. Не стреляла она никогда. Трудно в кого-то выстрелить – пусть перед тобой и монстр в человеческом обличье. Монтировка в качестве оружия ей больше нравилась (хотя тоже не женское дело). Ладно, пусть будет. Поколебавшись, она засунула пистолет в карман на голени – среди разнообразия карманов имелся и такой, – застегнула на липучку. Со стороны и не видно, а вытащить проще простого.

Оттягивать время смысла не было. Перед смертью не надышишься. Она выбралась из колдобины и короткими перебежками припустила к силосной яме…

Черная карусель вертелась перед глазами. Ульяна задыхалась, ее тошнило, кружилась и трещала голова. Из бездонной ямы на нее таращилось ничем не испорченное вселенское зло… Все ощущения, пережитые за последние сутки, усилились многократно, девушка превращалась в слабое безвольное растение. Ее трясло, суставы теряли чувствительность. Яма многозначительно помалкивала, сделать первый шаг было труднее, чем выстрелить себе в голову.

«Зачем?! – надрывался глас рассудка. – Чего ты хочешь этим добиться? Твоих одноклассников давно нет в живых, твоя подруга Алла тоже погибла! Время не играет никакой роли! Беги к машине, езжай в город, приведешь кого-нибудь! Ну, соври, что в Распадах обитают беглые зэки, врать, что ли, разучилась? Пусть приедут вооруженные люди, а дальше сами поймут, что здесь нечисто!»

«А вдруг еще живы? – твердила она как заклинание. – А вдруг еще живы? Ее трясло уже всю целиком, волосы шевелились везде, где они были. Она боялась больше всего, что сейчас встанет и бросится прочь.