Цеховик. Книга 12. Восходящая Аврора

Вот тебе мой пример, Бро…

Она замолкает и качает головой, но помолчав продолжает:

– Мы как дикие звери. Наверное, поэтому ворам нельзя семью заводить? Хуже волков, да? Ты не из них, но и тебе не надо. Отправил Наташку к отцу, пусть там и остаётся, чтобы не выть, как я сейчас. У нас вообще-то не так было, как у тебя, о свадьбе и не думали и то… хоть в петлю лезь, веришь?..

Блин… Верю! Мне и самому сейчас хреново. Было нормально более-менее, но ты мне разбередила душу.

– Видишь как… – вздыхает Айгюль и отпивает чай. – Пёс пожирает пса… Если бы не я сейчас по земле каталась, то Наташка твоя… Сегодня ей повезло, но надолго ли это везенье? Я сейчас, она потом.

Умри ты сегодня, а я завтра… Это ведь дело времени, понимаешь? Дура я, надо было его бросить. Или ему – меня… Давно уже. Расставаться надо без причины и на полном благополучии, сразу, как начинаешь привязываться, запомни. В любом случае, это лучше, чем потом выть у гроба и носить гвоздички на могилку. Привязываться нельзя…

Она закрывает глаза.

– Айгюль… – говорю я и прикасаюсь к её руке.

Она мотает головой и одёргивает руку.

– Не надо, Егор, всё я понимаю, да только от этого не легче.

– Как там Рекс? – пытаюсь отвлечь её я.

– Нормально. В Ташкенте уже… Ладно, пошла я…

– Я скажу парням, чтоб тебя отвезли.

– На чём? – хмыкает она. – На оленях? Машину я тебе раскурочила, а если и нет, то первый же гаишник её остановит.

– Да парни уж подменную получили, наверное, – возражаю я. – Сейчас узнаю.

– Не надо, я хочу пешком пройтись.

– Ну, ладно, я тогда с тобой пройдусь. Провожу.

– Нет, я сказала. Одна пойду. Может, убью кого-нибудь по пути, и мне полегчает…

Она встаёт и не оглядываясь идёт к двери.

Мне везёт.

Первый ряд оказывается пустым и юная хорошенькая стюардесса разрешает нам с парнями пересесть.

Здравствуй, здравствуй, здравствуй, стюардесса,

Вчера позвонил Платоныч и сказал, что нужно срочно прибыть в институт, иначе отчислят, а этого совсем бы не хотелось. Учиться без посещения занятий очень удобно, вряд ли я ещё где-то так красиво пристроюсь. Дядя Юра сам постоянно учит что-то для своей академии, да и я, как бы, не против учёбы, но времени нет совсем.

Новицкая ругалась, конечно, но всё честно, всё по КЗоТу. Пришлось ей меня отпускать на сессию.

В сердцах надавала мне кучу мелких заданий. Надо будет сразу в горком заскочить, Куренковой папку передать, да и с товарищем Ефимом заодно поболтать.

А ещё бы съездить посмотреть на Егора Доброва. По родителям соскучился. Бросить бы всё вот это, все заморочки, грандиозные планы и сердечные раны. Сдаться к херам, упасть на лопатки и задёргать ручками и ножками…

Бросить и вернуться к самому началу, превратиться в себя восьмилетнего… Хотя… не знаю, вообще-то… Снова становиться ребёнком, пожалуй, не очень хочется.