Цеховик. Книга 6. Кремлевские звезды

Прошу у всех вас, своих боевых товарищей прощения.

Тимурыч машет рукой и качает головой. А потом подходит и, положив тяжеленную руку мне на затылок, крепко прижимает мой лоб к своему. Перенервничал. Да я тоже так-то…

— В Афгане, — говорит он, — ты б у меня с губы не вылазил за такие дела.

Я застёгиваю его рубашку, сидя на переднем сиденьи.

— Да ладно, чё, — ухмыляется он. — Новую купишь.

— Сто процентов, — соглашаюсь я с улыбкой.

— Егор, ты, по правде говоря, резкий солдатик, — говорит он и поворачивается ко мне. — Я охренел, если честно. Вот бы мне таких, как ты человек с пяток, когда мы в засаду попали.

— С колонной? — спрашиваю я, прекращая улыбаться. — Там другое. Там хер вырвешься.

— С колонной, — кивает он. — Мы с парнями отошли в горы и два дня отбивались, пока наши за нами не прилетели. Пи**ец, холодина по ночам была. Воды не было. Народу полегло…

— С тобой бы мы что-нибудь придумали, — говорит он через некоторое время.

— Придумаем ещё что-нибудь, Паш. Обязательно придумаем.

Он хмыкает. Не верит. Да, я и сам иногда не верю, но, как говорится, собака лает, а ковёр-самолёт летит.

— Егор! Ну, это уже ни в какие ворота. Всех собрал, все пришли, а самого нет. Сидим за столом, слюнки глотаем, а он по работам шляется. Ну, ты чего?

— Простите, простите, простите, гости дорогие. И ты мама прости, и ты папа, и…

— Ладно, хорош прощёное воскресенье устраивать, — машет рукой отец. — Сегодня суббота, к тому же. Давайте, все к столу.

— Ну, вы хоть по маленькой-то пропустили уже?

— Пропустили, тебя не спросили. Давайте, садитесь, где кому удобно.

Трыня светится, как масляный блин, от Юлечки своей не отходит. Она тоже выглядит счастливо. Да все расслаблены и спокойны, Наташка только немного волнуется. Чувствует что-то. Мы рассаживаемся.

— Накладывайте салаты, — командует мама. — Юрий Платонович, не стесняйтесь. Андрюша, клади Юле, ухаживай за девочками. Так, Наташа, иди, садись сюда. Наташка просто молодец, что бы я без неё делала сегодня, ума не приложу. Всё-таки вы её очень хорошо воспитали, Геннадий Аркадьевич.

— Ну что же, — говорю я. — Вот с Геннадия Аркадьевича и начнём. Дочь хорошо воспитал, а сам скромник никому ничего не рассказал, да?

— Чё рассказывать-то? — хмурится Гена. — Ещё отберут всё.

— Так, тихо. Смотрите, сегодня у дяди Гены… наливайте, наливайте, давайте. Нет, мне вон компот, этим тоже. Наталья не знаю что будет. Наташ, чего? Молодец, ей тоже компот. Вина сегодня нет, так что извините, только коньяк французский и компот. Так, продолжаем. Прошу внимания.

Я встаю и поднимаю бокал с компотом.

— Наташ, ты чего с пустой тарелкой! — продолжает свою тему мама.

— Прошу минуточку внимания, — повторяю я.