Цеховик. Книга 6. Кремлевские звезды

Можешь мне совет дать?

— Могу и не только совет, но вы скажите в чём дело.

— По телефону нет… Нетелефонный разговор. Могу я подъехать? Ты где? В «Москве»?

— Можешь минут через пятнадцать выйти? Я подъеду.

— Да, буду стоять перед входом.

— Спасибо тебе большое.

Блин, во что он мог вляпаться? У него связей, как грязи. Что там такое, что никому рассказывать нельзя?

Я выхожу из гостиницы и стою у края дороги. Слева от меня вся площадь перед гостиницей забита чёрными членовозами. Волги и Чайки. Хм… Да, жизнь не устаёт меня удивлять, честное слово.

Смотрю на часы. Прошло уже семнадцать минут. Я поднимаю голову и тут же передо мной тормозит чёрная Волга. Как моя, только намного новее. Открывается передняя дверь и из неё выскакивает сердитый мужик. Задняя дверка тоже открывается и из неё выскакивает ещё один. Рожи у них явно уголовные.

Вдвоём они подхватывают меня и запихивают в машину. Я не сопротивляюсь, потому что вижу на заднем сиденьи Скударнова. Эти двое снова забираются внутрь и машина рвёт с места.

— Здравствуйте, господа хорошие, — говорю я и тотчас получаю удар локтем от соседа слева.

— Рот закрой, — с лёгким акцентом бросает он. — Если ещё немного хочешь живым побыть.

15. Тушить пожар нужно спиртом

Однако не слишком дружелюбная встреча.

— Да ладно-ладно, зачем так прессовать, — миролюбиво говорю я. — Все люди понимающие, найдём решение любой проблемы. Для чего кипеш лишний? Даниил Григорьевич, вы как? Всё нормально?

— Прости, что втянул тебя, Егор. Я сам хотел с тобой поговорить, один на один… Без этих… Прости дурака старого.

— Да не волнуйтесь, пожалуйста, всё хорошо будет.

— А ты оптимист, да? — сочно и красиво, как это умеют только кавказцы, говорит передний пассажир.

Он поворачивается и улыбается, правда улыбка на его лице выглядит крайне зловещей и не предвещающей ничего доброго.

— Стараюсь, — улыбаюсь я в ответ. — А вы кто такие, можно узнать, ребята?

— Ребята, — хохочет передний и переглядывается с водителем, а мой сосед справа ещё разок врубает мне локтем по печени.

Я, как могу, блокирую его удар, но, всё равно, неприятно. Какого хера, пардон за мой французский. Я поворачиваю к нему голову и максимально спокойно предупреждаю:

— Ещё раз так сделаешь, я тебя ударю.

— Чё сказал? — ржёт передний пассажир. — Хан, смотри, чтобы пацан тебя там не урыл, в натуре. Ты кто такой, чудила?

— Я, Бро. А ты кто такой, чудила?

Тот начинает ржать ещё громче.

— Ой, насмешил, — выдаёт он сквозь смех. — Чё за Бро? Я не слыхал. Пацаны, вы не слыхали? Кто за тебя сказать-то может, Бро?

— Цвет может, — начинаю я издалека.

— Это на Урале что ли? Где твой Цвет? Ещё кто?

— Может Ферик Ферганский сказать, — постепенно выкладываю я козыри.