Ты у меня одна (СИ)

Последние дни она чувствовала себя плохо, у нее часто кружилась голова. Теперь оказалось, что беспокоился он не зря. Хорошо, что Света согласилась пойти с Алёной по магазинам и была рядом, когда все произошло. И очень хорошо, что это произошло в торговом центре, а не где-нибудь на улице. Или в дороге. Или Алёна могла упасть с лестницы. Как минимум еще одно сотрясение бы заработала. У самого голова кружилась от этих мыслей. Даже вслух не хотел произносить то, что могло бы случиться.

— Потому что в свой унитаз мне блевать будет удобнее! — рыкнула Алёна и встала с диванчика.

— Доктор, у меня в квартире две ванных комнаты. Для того чтобы поблевать — одна в твоем полном распоряжении. — Алёна послала ему такой красноречивый взгляд, что комментариев не потребовалось. Все понятно без слов. Уперлась, не уступит. — Хорошо, — согласился Иван и поднялся, взяв с дивана ее пакет с покупками. — Или в больницу?

— Нет, — снова уверенно заявила Алёна. — Я и так все сама знаю. И я не беременна. Это стрессовая ситуация последнего месяца дает о себе знать. Ну, еще таблетки, которые мне выписали после аварии, добавили проблем. У меня на таблетки желудок всегда плохо реагировал.

Дома Шаурин молчал. Ходил за ней по пятам и молчал. Алёну это ужасно раздражало. Она чувствовала себя неловко и почему-то не знала, куда себя деть. Думала, что дома ей будет спокойнее, но вышло наоборот. На кухне она поставила чайник, но вскоре выключила тот, не дав ему вскипеть. Поняла, что ничего в себя влить не сможет. Даже воду. Обессиленно опустилась она на стул и подперла голову рукой. Шаурин мерил кухню широкими шагами.

— Ваня, только не надо метаться по квартире, пытаться вызвать мне врача и все такое. Хотел быть рядом, вот теперь будь. Любуйся на меня больную и зеленую, я еще буду полночи бегать блевать.

— Ты порычи, порычи, может, легче будет, — сказал Иван и полез в ящик с лекарствами. Порылся, но в том ящике было все, кроме того, что нужно на данный момент. Даже обнаружились блокнот, пара ручек, какие-то маленькие фотографии. А вот активированного угля не было. Вообще ничего подходящего не было.

— Отличненько. Просто замечательно. А может, тогда народными средствами? Водки с солью?

— Чего? — подняла на него обескураженный взгляд. От одного упоминания водки замутило.

— Проверено. Работает. Меня так один приятель лечил.

— Стесняюсь спросить: не Гера ли?

— Гера все водкой лечит — и стресс, и горло.

— Ага, — пробубнила Алёна, — и открытые раны раскаленным клинком прижигает. Как в средние века. У Гергердта же для всего свои законы. Ой, не смотри, я на этих фотографиях плохо получилась, — запричитала, когда Шаурин вытащил из ящика фото. — Забыла, что на документы фотографироваться собралась и напялила белую рубашку. Все слилось: лицо, рубашка, волосы.