Ты у меня одна (СИ)

Положил ладонь на ее затылок и, притянув к себе, снова поцеловал.

Это был другой поцелуй. Не просто напористое соприкосновение губ. Они целовались по-настоящему. Как изголодавшиеся друг по другу влюбленные. Пока с губ не исчез горький привкус текилы. Пока сладкий вкус поцелуя не стер с языка привкус соли. И оторвались только тогда, когда почувствовали вкус друг друга.

Алёна медленно вздохнула и, не отпуская руки, уткнулась в Ванькину щеку. Он не отпустил ее тоже, утопил пальцы в светлых волосах, мало заботясь, что испортит ей прическу.

— Публика упала? — спросил с присущей ему усмешкой.

— Почти вся, — выдохнула, почему-то чувствуя легкое головокружение.

Чрезвычайно развеселили и даже как-то раззадорили, направленные на них, многочисленные удивленные взгляды. Тут было чему удивляться. Никто не знал, что они встречаются.

Ваня придвинул Алёну ближе в себе. Вместе со стулом. Она качнулась и, коротко вздохнув, задержалась рукой о стойку, чтобы не упасть Шаурину на грудь. Их колени соприкоснулись, его ладони оказались на ее бедрах. Легли на них беззастенчиво и по-хозяйски.

Долго и спокойно Иван и Алёна смотрели друг другу в глаза. Впервые за последнее время без легкомысленных улыбок и язвительных фразочек. Как будто установили перемирие, признав силы друг друга. Но это только на время, на пару вздохов, чтобы восстановить слегка сбившееся дыхание.

— Сдохнуть можно, какая ты ханжа… — наконец сказал Шаурин, скользнув взглядом по ее обнаженным плечам.

— Можно. Но не нужно. Если ты прямо сейчас сдохнешь, то поставишь меня в неловкое положение. Да, я помню, что-то говорила тебе про короткие юбки, но я ничего не говорила про платья. Я знала, что оно тебе понравится. Заметила, что ты неравнодушен к полоске.

— Да, я про платье, — медленно проговорил он.

Разве можно на нее спокойно смотреть? Она перед ним как будто голая сидела. Обворожительная и сексуальная до зубного скрежета. Платье ее короткое в бело-синюю полоску, держалось на груди на широкой резинке, а чуть ниже талии завязывалось на поясок.

— Признавайся, какое место я заняла в рейтинге твоих мурмурочек? — спросила Алёна, и Шаурин с трудом оторвал взгляд от ее груди.

— Да неужто. Ванечка, я сейчас от восторга начну заламывать руки.

— А ты выпей и все пройдет, кончатся твои восторги. Одна ты такая у меня… подружка, — произнес последнее слегка презрительно. — Я как-то с девочками не привык дружить.

— То-то ты так мало продержался.

— Я так и знала, что ты просто хочешь со мной переспать. Ах, какая банальщина, снова банальщина, снова разочарование, подумать только… — качнула головой насмешливо. — И вся твоя дружба, Шаурин, только для этого, — ткнула его в грудь пальцем. — Ты просто хочешь со мной переспать.

— Конечно, только для этого.