Укрой меня от замыслов коварных; Делирий; Возвращайтесь живыми!; Шанс на независимость

Чуть ли не в каждом доме объёмный телик стоит, компьютерами все обзавелись.

– А шаманы что делают?

– Шаманы как жили сто и двести лет назад, так и живут. Лечат, бесов изгоняют, ритуалы соблюдают.

– А то. – Ылтыын подумал, надул щёки и вдруг запел.

Это было самое настоящее горловое пение, похожее на курлыканье журавлей, на электрическое трескучее шипение, на звук разбивающегося стекла и на струнное гудение.

Роман открыл рот, в изумлении вслушиваясь в необычные звуки.

Ылтыын выдул «звуковой шарик», заскакавший по квартире, и прервал пение.

– У папы это лучше получается, он даже лечит пением. Подучусь и тоже буду лечить.

– Ты серьёзно? – Роман хотел сказать, что он тоже собирается лечить людей, но передумал.

Разведчик превратил глаза в узкие щёлочки: это у него означало улыбку.

– Посмотрим. Береги себя. Арчибальд дважды получил по носу, а эти люди, вернее, нелюди, такого не прощают. Учуешь что – дай знать. А Даниэла твоя вернётся, не переживай.

– Знаю, – подмигнул Ылтыын.

На этом они и расстались.

Два дня Роман ходил под впечатлением сказанного.

Собрался ехать в Рязань, невмоготу стало от неопределённости. Сама Даниэла не звонила, а на его звонки отвечала скупо: всё нормально.

В субботу он вечером упаковал вещи в сумку, завёл телефонный будильник на шесть утра, чтобы отправиться в Рязань пораньше, и в этот момент позвонил Афанасий:

– Привет, ты мне будешь нужен в Благовещенске.

– Завтра. – Афанасий, не спрашивая, чем он занят, сообщил о номере рейса, о том, что его встретят в аэропорту Благовещенска, и Роман проглотил возражения, понимая, что серьёзных причин отказаться от работы в составе ИПФ у него нет.

Настроение испортилось. Потом он подумал, что неплохо было бы развеяться в новой обстановке, и начал готовиться к экспедиции на юг Сибири. Захотелось поговорить с Алтыном, готовым прийти на помощь в любой момент. Всё–таки близких друзей у Романа было не так уж и много, а с Алтыном можно было решать любые проблемы. Да и вообще он оказался очень умным и спокойным человеком, что не могло не радовать. Однако поразмышляв на эту тему, Роман решил без нужды не звонить, а тем более не выстраивать канал телепатического общения, требующий немалого расхода нервной энергии.

До обеда он занимался уборкой квартиры, сортировал бумаги, складывая давние работы по оптике в отдельную папку. На всякий случай, оставляя шанс вернуться в лабораторию к профессору Имеретинскому. Затем собрал походную сумку и поехал в аэропорт Домодедово.

В десять часов вечера по московскому времени самолет взлетел и без происшествий прибыл в Благовещенск около полудня по местному времени.