Укрой меня от замыслов коварных; Делирий; Возвращайтесь живыми!; Шанс на независимость

Двое суток Георгий просидел в модуле «Русь», возвращаясь на базу подготовки космонавтов, чтобы провести очередной сеанс обследования и поспать. При нём всегда находились двое работников бригады обслуживания, выполнявших одновременно роль телохранителей. Спал он ровно по восемь часов, ел строго по расписанию, и даже физиологические потребности старался справлять в соответствии с бортовым регламентом.

Утром двадцать девятого ноября началась последняя медико–биологическая экспертиза перед полётом, и он прошёл её безукоризненно, справившись со всеми тестами раньше времени.

О жене предпочитал не думать, хотя и разговаривал с ней два раза по мобильному. Интереса к его полёту она не выразила, что в общем–то давно стало нормой. Месяц назад был даже момент, когда Георгий подумывал о разводе, хотя инициативы в этом направлении не проявил. Был он человеком устоявшихся традиций, несмотря на горячий кавказский характер, и привык после испытательных полётов возвращаться домой , где его ждали.

Последним пунктом медицинского регламента была беседа с психологом.

Одетого в голубую форму космонавта привели в комнату для собеседований, Виринея села за стол, жестом приказав сопровождающим Георгия покинуть помещение.

Георгий закинул ногу на ногу, показывая, что он чувствует себя прекрасно.

Транквилиди окинула его насмешливым взглядом (в другое время он бы содрогнулся, уж очень она походила на грифа с её тонкой шеей, пучком собранных на затылке волос и острым лицом с выдающимся носом) и сказала:

– Георгий Гивиевич, вы осознаёте всю ответственность вашего полёта?

Георгий замер, подобрался, уставившись в чёрные глаза Виринеи, улыбка сползла с его губ.

– Отлично! Жалобы на самочувствие есть?

– Отлично, мы в вас и не сомневались. Будете докладывать о самочувствии в рамках инструкции. С вами свяжутся наши медики. Ничего не мешает, в своих силах уверены?

– Да, – сцепил челюсти Георгий.

– Думаю, мне нет смысла проводить душеспасительные беседы, вы всё понимаете. Вы уверены в успехе испытаний?

– Да! – в третий раз ответил Георгий.

– Желаю удачи! – Виринея подняла глаза на зрачок телекамеры (за каждым шагом космонавта следила видеосистема).

 – Испытатель к полёту готов. Дополнительных мер для закрепления психологической устойчивости не требуется. Психолог Транквилиди тестирование закончила.

Это была стандартная формулировка, Георгий слышал её не раз, но сегодня она почему–то вызвала у него сердцебиение. Правда, он тут же забыл об этом, потому что за ним пришли сопровождающие, повели в экипировочный зал для переодевания.