Укрой меня от замыслов коварных; Делирий; Возвращайтесь живыми!; Шанс на независимость

Наступил вечер, темнело на глазах, но Роман хорошо видел при любом освещении и даже без оного, поэтому смог разглядеть отряд спецназа, чувствующий себя на греческой земле вполне комфортно, как дома. Бойцы отряда умело рассредоточились по территории старой усадьбы, не включая фонарей (в их очки, наверно, были встроены оптоэлектронные сканеры ночного видения), приблизились к стенам здания.

Роман понял, что выход у него один: нанести пси–энергетический удар по преследователям, дезориентировать их и заставить убраться. Что делать дальше, он не знал, поэтому взмолился в душе, чтобы те, кто помогал ему до этой минуты, дали о себе знать.

– Не шевелись! – почти беззвучно выговорил он в ухо Даниэлы.

До этого они по глыбам и кирпичам разрушенной кладки взобрались на вершину развалин и спрятались за клыкастой башенкой, внутри которой когда–то располагался бассейн. Это было единственное место, доступное для беглецов, позволявшее им оставаться незамеченными какое–то время, но оно не гарантировало безопасности, и Роман знал, что чужаки скоро обратят на проход внимание.

Стемнело окончательно.

Гости в спецкомбинезонах превратились в тени.

Роман сдвинул диапазон зрения в инфракрасную полосу спектра и стал видеть оранжевые пятна лиц, а также руки преследователей, сжимающие оружие.

Трое сошлись вместе под стеной здания, начали совещаться.

Роман сосредоточился на слухе.

Говорили на английском. Речь шла о светошумовых гранатах. Обладатель хриплого баса предлагал забросать развалины гранатами. Тонкий дискант возражал, напоминая о каком–то приказе взять беглецов живыми и невредимыми. Ещё один голос, принадлежащий женщине, оборвал обоих, скомандовав:

Роман приложил палец к губам Даниэле, давая понять, чтобы она молчала, подобрал камень и бросил к деревянному строению с баком на крыше.

Движение вокруг развалин замерло.

Две тени метнулись к строению.

Роман подобрал ещё один камень, но бросать не стал. Пришло ощущение, будто на него снова посмотрел многоглавый великан и бросил издевательски: что, дружок, попался?

Роман сунул ему в морду кукиш: на–ка выкуси! Накрыл себя и Даниэлу «зеркалом», отражающим телепатические импульсы.

Злобный взгляд василиска погас, растворился в шумах эфира.

Но это уже не имело значения, потому что василиск – то есть Феллер со своей экстраформацией – знал о местонахождении русского экстрасенса, и его обнаружение было только делом времени.

Внизу заговорили в три голоса. Речь снова зашла о гранатах.

– Эй, русский, выходи! – раздался гнусавый бас; изъяснялись на английском, с французским прононсом.

Роман кинул камень в другую сторону.

Несколько теней разбежались в стороны, охватывая место падения камня.