Укрой меня от замыслов коварных; Делирий; Возвращайтесь живыми!; Шанс на независимость

– Это же Арктика, – хмыкнул Афанасий.

– А я вам не предлагаю отпуск на южных морях, – сухо оборвал его генерал.

Об информационном обеспечении задания он не обмолвился ни словом, что означало: подчинённые должны были сами позаботиться об изучении места предполагаемого действия. А поскольку о Северном Ледовитом океане и о нефтяных платформах Афанасий имел самые общие представления, ему предстояло лично заняться сбором данных, изучить все детали операции и организовать работу бригады сенсов на самой платформе.

Афанасий прикинул, хватит ли ему времени на поиск нужных баз данных, и сожалеюще цокнул языком.

У него было всего три с половиной дня на все процедуры, включая перелёт, что означало: надо браться за дело немедленно и напрягать память, чтобы запомнить всё для выполнения задания.

Вторая встреча – с координатором «Триэн» произошла вечером в квартире Афанасия.

После того как Вьюгин обнаружил у себя дома целую систему «жучков», встроенных в детали интерьера, он каждый день проверял квартиру с помощью микроволнового сканера ДВГ, разработанного в недрах российских военных лабораторий и получившего у специалистов меткое прозвище «дамвглаз».

Сканер был способен определить любое передающее или записывающее сигнал устройство, в том числе созданное на базе нанотехнологий.

Однако с момента ухода Лики, а точнее, с момента задержания её подруги Симы, в квартире Афанасия никто не появлялся, кроме Олега Харитоновича, а он каким–то образом сканировал квартиру (не иначе – «третьим глазом») и вести разговоры не боялся даже на самые секретные темы.

Когда Афанасий заикнулся о разговоре с Романом Волковым, Малахов остановил полковника:

– Я знаю, наши люди уже анализируют ситуацию.

Ты лучше скажи: на концерты ходишь?

Афанасий, перестав помешивать ложечкой зелёный чай, недоумённо посмотрел на гостя.

– Где поют, – усмехнулся Олег Харитонович, также берясь за чашку.

– А–а… нет, некогда. Раньше ходил, Лика таскала по театрам, теперь изредка телик включаю.

– Кого–нибудь из певцов знаешь?

– Молодых или зрелых?

– Я человек старой закалки, мне нравятся песни Лозы, Лепса, Носкова, не говоря уж об Антонове, дай бог ему здоровья, как говорится.

– Тебе не кажется, что кто–то намеренно принижает возможности одарённых певцов?

– Что имеется в виду? – пробормотал Афанасий озадаченно.

– Могу назвать с десяток талантливых исполнителей, творчество которых искажено либо опущено до состояния низкопробной попсы. Ты наверняка слышал песни Серова, Леонтьева, Меладзе, Преснякова.

– Конечно, это же практически классика. У них не всё ровно, но поют они…

– Вот! – поднял вверх палец Малахов.