Укрой меня от замыслов коварных; Делирий; Возвращайтесь живыми!; Шанс на независимость

Сердце заработало мощней, погнало волну энергии от груди к рукам. Ладони потеплели, засветились в инфракрасном диапазоне, передали импульс повреждённому локтю.

– Горячо! – удивлённо проговорил Сёма.

– Нет, я ничего, просто ощущение странное… муравьи под кожей побежали.

– Будет больно – скажешь.

Роман послал раппорт, восстанавливающий волновую матрицу руки от плеча до кончиков пальцев.

В принципе, он делал то же самое, что и с коленом Юны, только заставлял работать этот механизм в нужном месте – в локтевом суставе.

Локоть под рукой напомнил вулкан – кипением крови и фонтаном невидимой энергии.

– Пусть жужжит, это хорошо. Найди дома две медные пластинки, будешь прибинтовывать их на ночь к локтю с двух сторон, они вытянут заразу. И хорошо бы смазывать локоть два–три раза в день каким–нибудь восстанавливающим гелем, типа троксевазина или пармидина.

– Пока не уйдут синие пятна.

– Выйду из формы, – огорчился Сёма.

– Форму набрать легче, нежели восстанавливаться после операции. Через неделю, если всё пойдёт как надо, начнёшь потихоньку сгибать локоть, потом давать фиксированную нагрузку.

Через месяц начнёшь тренироваться.

Сёма перестал смотреть на локоть, в глазах его загорелась несмелая надежда.

– Значит, эта хренятина пройдёт?

– Ложась спать, мысленно прокачивай через локоть поток огня.

– Это будет поддерживать заданную психоматрицу лечения.

Роман забинтовал руку волейболиста, позвал увлёкшуюся разговором пару из кухни.

– Ну, что? – появился оживлённый Волеслав. – Как ощущения?

За ним вышла Миранда. Помада на губах девушки отсутствовала, но сами они были пунцовыми и казались вспухшими.

– Кипит, – кивнул на локоть улыбающийся Полтавченко.

 – Прямо как гейзер на Камчатке.

Миранда окинула лицо Романа заинтересованным взглядом. Судя по всему, она не верила в экстрасенсов вообще и в способности целителя в частности. А он вдруг подумал, что получит от Олега Харитоновича ещё один нагоняй. За то, что пригласил гостей из столицы к себе домой.

Задание, выданное Олегом Харитоновичем, весьма озадачило Афанасия.

Сначала он отнёсся к нему формально, считая, что координатор «Триэн» преувеличивает опасность развлекательных клубов и просто нашёл ему дело для профессионального развития.

Человеку, пришедшему в «Триэн», надо же чем–то заниматься? Вот тебе занятие.

Потом, углубившись в предоставленные материалы, он заинтересовался и начал искать информацию целеустремлённо, так как осознал значение предложенной проблемы.

Стремление к удовольствию у человека и у человечества в целом (вовсе не у какой–то отдельной его части) постоянно росло. Вчерашнее удовольствие становилось банальностью, позавчерашнее – анахронизмом, удовольствие прошлого века – полным отстоем.