Укрой меня от замыслов коварных; Делирий; Возвращайтесь живыми!; Шанс на независимость

Армянин повёл гостей из кабинета куда–то в подвал.

— Посмотрел ? — в ухо Роману прошептал Алтын. Он имел в виду способность Волкова «видеть невидимое» в ментальном поле.

— Нормально, — ответил Роман, не заметивший в пси–излучении начальницы лаборатории и её сотрудников неких тёмных «дыр» и закладок. Все они в плане внешнего подчинения были чисты.

Лаборатория имела целых три подземных этажа. И каждый охранялся отдельно. Пришлось выдержать ещё две проверки документов, несмотря на наличие центрального терминала охранной системы.

Наконец обладатель грустных армянских глаз привёл «московских экспертов» в двухкомнатный бокс, полностью забитый аппаратурой разного назначения.

В одной комнате за изощрённой формы пультами сидели две женщины и молодой парень, во второй стояли два стеклянных шкафа, опутанные проводами, и стол с аппаратурой. Над шкафами висели бестеневые осветители, превращавшие помещение в операционную. Внутри шкафов на подставках располагались знакомые Роману предметы: лежал ремень с толстой пряжкой, внутри которой пульсировала жёлтая звёздочка, и сидел нахохлившийся неподвижный альбатрос.

За столом разместились двое мужчин в синих халатах.

Один печатал что–то на клавиатуре компьютера, посматривая на объёмный дисплей, внутри которого вращалось схематическое изображение птицы, второй наблюдал за игрой цветных линий на экране прибора, похожего на осциллограф.

Оба оглянулись, когда в помещение вошли эксперты в сопровождении коллеги.

— Армен? — недовольно бросил седой мужчина, халат на котором болтался как на вешалке. — В чём дело?

— Эксперты из Москвы, — вздохнул армянин совсем печально.

 — Мама разре… Изольда разрешила показать им артефакты.

Седой перевёл взгляд на Романа, потом на Алтына, нахмурился.

— Не беспокойтесь, продолжайте работать, — вежливо сказал Алтын. — Мы постараемся вам не мешать.

— Я бы всё–таки попросил…

— Марк, Изольда позволила экспертам показать объекты. А это означает, что у них есть доступ.

Седой пригладил кустистую бровь, ища аргументы.

— Хорошо, пять минут. И уходите.

— А это уж как мы сами решим, — с холодной бесстрастностью сказал Ылтыын.

 — Понадобится, то и вам придётся покинуть бокс.

— Марк, не шуми, — виновато глянул на гостей Армен Аганесович. — Они же не обязаны отчитываться.

— А мне плевать! Отвечаю за объекты я, поэтому и решать буду я! Даже если у них есть разрешение Изольды!

Алтын достал листок отсвечивающей перламутром бумаги, развернул.

— Вот разрешение директора «конторы», извольте взглянуть.

Лицо седого пошло пятнами, он впился глазами в подпись директора ФСБ, сжал губы.