Укрой меня от замыслов коварных; Делирий; Возвращайтесь живыми!; Шанс на независимость

Роман оделся, поглядывая на действия парней, принявшихся за ремонт разгромленной квартиры волейболиста, подумал, что всё равно надо будет позвонить Воле, извиниться, и вышел вслед за координатором.

Возле подъезда Волиного дома стояли две машины: чёрный джип «БМВ» — Х7» и фиолетовый седан «Мазда–8». Парни в камуфляже затаскивали в них тела боевиков.

— Их машины, — кивнул Тамерлан на джип. — С латвийскими номерами и с блямбами диппредставительства. Мы их быстро найдём.

— Этот человек… их командир… сильный оператор. И он не человек.

— Вполне допускаю. Кроме завербованных людей Поводыри используют на Земле и киборгов, и рефаимов, искусственных существ, и своих соотечественников.

— Белолицый, гибкий…

Роман вспомнил облик командира киллер–команды, вывесил перед мысленным «экраном».

— Похоже, это действительно потомок рептилоида. Либо рефаим. Мы уже имели с ними дело, Поводыри часто бросают их на произвол судьбы. Людей надо уговаривать или программировать, что требует дополнительных усилий, но не даёт стопроцентной гарантии. Рефаимы же сразу выращиваются с нужной программой, как в своё время Адам с Евой.

— Они сильные пси–операторы?

— Статистики нет, я вообще не помню, чтобы кто–то из них обладал гипнотической силой. Этот индивидуум мне непонятен. Но если бы он был настоящим рептилоидом с большими полномочиями, он ушёл бы иначе.

Подъехала белая «Лада Гранта», распахнулась дверца.

Тамерлан сделал жест, предлагая Роману место на заднем сиденье, сел рядом.

— На мне. Закамуфлирован под ремень.

— Расскажи, что произошло в Томске.

Роман посмотрел на водителя.

— При нём можно, — сказал Тамерлан.

Делиться своими приключениями на Луне с незнакомым, по сути, человеком не хотелось, но он был координатором, а начальство Роман уважал.

Вся его лунная эпопея уместилась в два десятка фраз.

— Да, прогресс не стоит на месте, — заметил Тамерлан, имея в виду само устройство. — Передвижение вне пространства и времени сначала освоили фантасты, но, как оказывается, оно доступно и учёным.

— Прогресс, — вдруг с презрением заговорил водитель, пожилой, с густой седоватой бородой, похожий на попа, снявшего рясу. — Прогресс — зло! По большому счёту, прогрессируют только средства уничтожения людей, а не средства выживания.

— Ну, не всё, — возразил Тамерлан. — Прогресс есть следствие природы человека, стремящегося к лучшей жизни. Стремление к благу вообще неистребимо, поэтому его нельзя понимать как зло. Во зло прогресс превращается, когда его скорость начинает опережать возможности человека, что приводит к утрате контроля над процессом. Сегодня на Земле техника развита сильнее, чем мировоззрение, этика и мораль.