Укрой меня от замыслов коварных; Делирий; Возвращайтесь живыми!; Шанс на независимость

Просто я научился читать твои мысли по глазам. Кстати, посоветовал бы тебе позаниматься с хорошим наставником, задатки сенса у тебя есть.

– Разрешите идти? – вытянулся Афанасий.

Он вышел, смутно недовольный собой («чтение мыслей по глазам» его озадачило, Георгий давно не был так откровенен), подумал: может быть, и в самом деле потренироваться, научиться прятать мысли и эмоции? С кем именно – вопрос не стоял, можно было выбрать любого сенса, хотя сам Афанасий вдруг вспомнил о Романе.

Ему он и позвонил, сев на своё рабочее место.

– Когда? – осведомился Роман, лицо которого осталось совершенно неподвижным. Вьюгин даже позавидовал ему. Самообладание физика действительно было достойно восхищения.

– Вылет завтра вечером.

– Отказаться нельзя?

– Можно, – сказал Афанасий таким тоном, что Волков понимающе усмехнулся.

– Шаг вправо, шаг влево – расстрел?

– У нас запуск нового квантора в конце недели, завлаб будет недоволен.

– То есть работу в институте ты не бросил.

– Нет, – односложно ответил Роман.

– Дело не в деньгах.

Афанасий прислушался к своим ощущениям.

Волков колебался, стоит ему переходить на другую работу или нет. Он не боялся участвовать в спецоперациях конторы и не чувствовал себя лишним в структуре отдела ИПФ, проблема была в другом. Роман выстроил свою линию жизни, став хорошим специалистом–оптиком, и не хотел её менять, несмотря на интерес к психофизической деятельности. Афанасий вдруг остро почувствовал это. Однако Волков уже проявил себя как экстрасенс высокого уровня, о чём, наверно, сам не подозревал, на него можно было положиться, и от того, возможно, зависел успех нового дела.

– Я и здесь нужен не меньше.

– Могу позвонить твоему директору.

– Не надо, я сам отпрошусь.

– Отлично, будь готов завтра к трём часам дня, я заеду.

Разговор прервался. Объём изображения головы Романа убрался в корпус мобильного. Афанасий выключил телефон, задумчиво поиграл им, подбрасывая и ловя, ощущая себя виноватым, потом встряхнулся и начал обзванивать сенсов, с которыми должен был лететь на задание.

В Северодвинск команда Вьюгина прилетела на старом бомбардировщике «Ту–160», «Белом Лебеде», приспособленном для метеоисследований. Тем не менее самолёт оставался в строю, несмотря на тридцатилетний стаж полётов, летал хорошо и позволил пассажирам поспать пару часов под уютный гул двигателей.

В аэропорту группу ждал мини–вэн «Вольво», доставивший приезжих в гостиницу при заводе, где их поселили как специалистов по проверке прочности корпусов подводных лодок и их «пению».