Укрой меня от замыслов коварных; Делирий; Возвращайтесь живыми!; Шанс на независимость

– Самоед я, однако, – улыбнулся Ылтыын, – сын шамана.

Лицо его действительно ничем не отличалось от лиц северных народностей России, непроницаемо–спокойное, со щёлочками глаз, покрытое тёмным северным загаром. Короткие блестящие волосы, острые скулы, нос пуговкой. Москвич сказал бы – чукча, не вдаваясь в подробности родовой принадлежности этого человека, хотя Ылтыын был эскимосом. Да и для Романа до сих пор не существовало разницы в оценке национальных отличий коренных народов Севера. Хотя искал он не столько характерные черты этноса, сколько печать принадлежности Ылтыына к одной из самых крутых спецслужб мира.

– Разочаровал? – снова растянул губы в улыбке разведчик; по–русски он говорил без малейшего акцента.

– Проходи, – смущённо отвёл глаза Роман, пропуская гостя на кухню.

Чай пили молча, поглядывая друг на друга. Наконец, Ылтыын отставил чашку, посмотрел хозяину в глаза.

– Как ты узнал, что я… что у меня что–то случилось?

– Мой отец действительно был шаманом, я перенял от него многое, в том числе владение иннырт – «тонкими огнями». Если говорить учёно – это называется биоэнергоинформационные технологии. Когда ты мне помог освободиться, я запомнил твой пси–запах.

– Откуда ты приехал?

– С Камчатки. Есть там такой посёлочек Итылкуч. Уже месяц отсиживаюсь на родительских харчах, восстанавливаю тонус после провала. Думал, меня спишут после этого, но не списали. Я тебя услышал, когда ты ещё в Северодвинске с Арчибальдом долбался.

– Ты знаешь Арчибальда?

– Так ведь мы оба с ним познакомились, когда я сидел на Нуниваке.

– Точно, не сообразил. Он здесь, в Москве, похитил мою девушку…

– Так, понятно. – Ылтыын бросил взгляд на включившийся холодильник. – То–то мне показалось, что знакомым запахом повеяло. Как это произошло?

Роман тоже посмотрел на холодильник, рассказал о своих поисках Даниэлы. Последний эпизод – о встрече у шлагбаума – заставил его покраснеть. Но он всё–таки довёл рассказ до конца.

– Ловко! – цокнул языком Ылтыын. – Я бы, наверно, тоже купился. Иммунитета от лжи у нас нет, поэтому заокеанские ковбои легко играют в эти игры. Что предполагаешь делать?

– Не знаю, – признался Роман. – Никаких дельных мыслей в голове. У меня есть приятель в…

Роман понял, что с этим человеком надо говорить правдиво. Собеседник знал многое, и уходить от вопросов, изворачиваться, отмалчиваться не хотелось.

– Отдел ИПФ родственной конторы. Среди тамошних сенсов я кое–кого знаю. Звони начальнику, это лучший выход из положения.

– Я звонил, у него ноль информации. Да и если Арчибальд узнает о привлечении спецслужб…

– Вероятность такая есть, он очень сильный пси–функционал. Сколько времени у нас осталось?

– До утра, – сказал Роман, отметив это «у нас».