Укротить Ураган

— Что такое, Иви? — ласково проговорил Вольных и осторожно обнял девчонку, — Ночь на дворе, а ты по дому слоняешься.

— Я не беременна, — тихо проговорила Иветта, пряча взгляд от пытливых глаз Тараса.

— Это понятно, Лиза сказала, ты выпила чего-то тогда, — нахмурился Тарас, интуитивно парень ждал слов девчонки, но решительно ничего не понимал пока что ни в ее поведении, ни в настроении.

— Не выпила, — вздохнула Ива, — Купила таблетки, но не пила. Решила, что если забеременею, то судьба. И из меня выйдет все-таки мать. А если нет, то и пытаться не буду. Материнство, стало быть, не мое.

— И? — поторопил Тарас Иветту.

— Не мое, — пожала плечом девчонка, — И именно поэтому нам не стоит жениться. Твоей семье нужен наследник. Это и ежу понятно. Изольда Петровна ждет, что…

— Иви, процитирую одного неглупого человека, — перебил Тарас Шуховскую, — Но срал я на то, кто и что там ждет.

— Так Васька говорит, — улыбнулась Ива, пряча лицо на груди своего полубога, — Мне показалось, или ты назвал его неглупым?

— Эта конфиденциальная информация, — хмыкнул Тарас, — А на тему детей мы поговорим позже. Давай сначала решим вопрос со свадьбой.

— Узурпатор, — упрекнула Иветта, послушно следуя за парнем в их спальню.

— Летом, в июле, думаю, в самый раз, — начал размышлять Тарас, — И свадебное путешествие. Куда хочешь? Можем в Европу. Или на острова. Солнце, море, песок, бунгало… Кайф ведь?

— Солнце, море, песок и бухало … нет, не хочу, — скривилась Иветта, а потом рассмеялась, когда Тарас шутливо ущипнул ее за попу.

— Обожаю эту попку! — жарко зашептал парень Ивке на ушко, — И не только попку!

— Придется терпеть, — вздохнула Иветта, шутливо хлопнув парня по наглой руке, пробирающейся в ее трусики, — Пять дней «ни-ни».

— Нормаль! — возмутился Тарас, — С чего вдруг такие жесткие санкции?

— Мать-природа так решила, — зевнула Иветта, — Женские дни, чтоб они провалились.

— Простота ты моя наивная, — хмыкнул Тарас, покрывая лицо и шею девчонки короткими поцелуями, а потом и спустился к груди, уделив ей особое внимание, — Я аккуратненько. Честное пионерское.

— Тарас! Не смей! — рявкнула Иветта, но ее возгласы возмущения утонули в жарком поцелуе и рваных стонах.

Тарас Наумович был невероятно взвинчен. Вернее, он находился в состоянии бешенства, но понимал, что предпринять ничего не может. Пока не может.

Парень мчался по зимней трассе в сторону особняка бабушки и соображал, как наиболее корректно изложить Изольде Петровне свою точку зрения. По телефону вредная старушка говорить отказалась и потребовала незамедлительного появления внука в своих владениях. И, что удивительно, именно сегодня.

А Тарас злился. Нет, не потому, что не хотел общаться со старушкой. Причина была иной.