Укротить Ураган

Иветта закатила глаза к потолку.

— Детский сад «Дебилёк», — выдохнула Ива недовольным голосом.

— Помни, ты обещала не вырубать меня, — напомнил Тарас.

Ивка недовольно фыркнула, и добавила:

— Господи, давай уже покончим с этим, и я помчусь, пока не стемнело окончательно, — поторопила парня Иветта, подходя к процессу исключительно с коммерческой стороны, рассматривая предстоящий поцелуй формой оплаты.

Ива внутренне была готова к прикосновениям горячих рук к своим плечам, затылку и, возможно даже к лицу. Казалось бы, девушка просчитала все варианты и приказала своему телу реагировать нейтрально. Однако судьба в очередной раз подкинула ей неожиданный сюрприз в виде действий Тараса.

Вольных, бросив долгий, полный предвкушения взгляд на девчонку, отвел ее руки в стороны. Игнорируя изумление на лице Иветты, Тарас наклонился к желанному телу. Но вопреки ожиданиям Ивы он не стал прижиматься губами к ее рту.

Ивка задохнулась от возмущения, когда парень, присев на корточки, приподнял ее водолазку на животе.

— Ты охренел?! — громко возмутилась Иветта.

— Ты обещала, — твердо напомнил Тарас, не выпуская тонкой ткани одежды из цепких пальцев, — Так что, будь любезна, терпи и молчи.

— Нет, принцесса, ты что себе позволяешь?! — пыхтела Иветта, видя, как лицо Тараса неумолимо приближается к ее оголившемуся животу.

— Твой пирсинг не дает мне покоя, — послышался хриплый голос парня, а следом Ивка почувствовала горячее дыхание всей, казалось бы, кожей живота.

Крупная дрожь, схожая с ознобом, прошлась по всему телу юной девчонки. Чтобы не упасть, ей пришлось ухватиться за крепкие плечи полубога. А он в свою очередь, дабы пленница не вырвалась, окутал ее ладонями, придвигая к себе ближе.

Горячие губы оставляли влажный след на покрытой мурашками коже. Ослабевшие пальцы, вопреки желанию хозяйки, зарылись в русую шевелюру в поисках опоры и поддержки, инстинктивно пытаясь ухватить ускользающую сквозь пальцы реальность.

Глубокое дыхание, обжигающее толчками воздуха каждую клетку девичьего тела, скользило по животу, вниз, в границе джинсов. И там и замерло, позволяя влажному языку изучить гладкий живот, держа каждую мышцу, каждый нерв в напряжении. Приятная, капельку забытая и до боли необходимая истома окутала бедра Ивы, заставляя ее телопогрузиться в волшебный транс. Она и не заметила, как небольшая пуговица и замок разошлись в стороны, открывая жадному голубоглазому взору обычное хлопковое белье черно цвета.

Большие пальцы рук юрко скользнули под резинку трусиков, изучая, играя с короткими волосками, пытаясь прокрасться дальше, глубже. А умелые губы словно отвлекали девчонку, в ласке вернулись к изящному украшению в пупке.

— Ты сволочь, Вольных! — прошипела Иветта, но сил у нее не оказалось.