Усни, красавица

– Те триста долларов, про которые ты говорила?

– Нет, про те они не знали. Они их у меня хотят отобрать. Они другие деньги искали.

– Откуда же деньги у старшего научного сотрудника?

– Им всем раздали, когда компартию распустили. Руководящим работникам по несколько тысяч долларов, это всем известно.

– Значит, это твой однокашник?

– Кто? – не поняла Соня.

– Петрик. Он же ссужает деньги.

– Ой, не знаешь, помолчала бы! Петрик – честный мужик. Ему чужого не надо.

– Почему же его боишься? Сама говорила, что он за триста долларов голову оторвет.

– Ты меня не так поняла. Сейчас у Петрика кризис. У него каждый бакс на счету. Он за цент глотку перегрызет. Потому что человек в стрессе меняется.

– И он мог убить Осетрова за триста долларов? – настаивала Лидочка.

– Он вообще никого не в состоянии убить! – Соня встала на защиту своего однокашника. – Он у нас в классе почти отличником был. Если бы ты знала, какое у него было тяжелое детство.

Спор был не по существу, о чем Лидочка и сообщила Соне. Соня обиделась на нее, и тут Лидочка, чтобы остановить поток слез, готовых вырваться из Сони, спросила, как оказалось, ошибочно:

– А сколько ему нужно, чтобы убить из-за этого человека?

– Ну сколько, тысячу долларов, три тысячи, десять тысяч?

– Двадцать тысяч? – Лидочка вдруг почувствовала себя подобно ведущему телевизионной игры, который спрашивает: «Ну, приз или миллион рублей?», и на очередное «нет» Сони, она произнесла:

– Тридцать пять тысяч?

– Сколько? – спросила Соня.

– Тридцать пять тысяч, – слово уже вылетело.

– Не надо, – после долгой паузы сказала Соня. – Глупый спор, и ничего мы с тобой не вернем. Мне страшно и одиноко. Можно, я приду к тебе погреться? Возле тебя тепло.

– Нет, Соня, давай перенесем встречу на вечер. Сейчас я в самом деле ухожу к Шустову.

– Вечером меня может не оказаться в живых.

– До вечера, – сказала Лидочка и повесила трубку.

Не надо было произносить цифру тридцать пять. Если Соня откуда-то знает о деньгах, именно эта сумма должна ее насторожить. Но вроде бы она не обратила внимания…

Лидочка набрала номер Шустова. Никто не подошел. Было девять часов. Шустов может быть во Внукове. Он осматривает сторожку и ищет следы убийц. А может быть, вчера поздно вернулся и лег спать.

Стоит отнести деньги самой. Именно сейчас, пока тихо и все бандиты еще досыпают последние сны.

Но выйти на улицу было страшно – и Андрею она обещала не выходить. Нет, лучше спрятать как следует деньги, а самой пойти в отделение милиции.

Почему такое странное решение пришло ей в голову, Лидочка понять не могла. Ну сидела бы дома, не подходила к телефону, ждала бы, пока придет на службу Шустов или хотя бы Соколовская.