Усни, красавица

 – Это вам не так интересно! Вам кажется, что жизнь еще впереди и вы никогда не станете такой же старой развалиной, как я. И это неправда!

Теперь перед Лидочкой стояла Складовская-Кюри, только что открывшая радиоактивность.

– Вы будете старыми, дряхлыми, немощными. Это неизбежно… Но я провела жизнь в мучениях и тоске по ближним, я была лишена жизни и потому имею право быть уродливой. А вы нет!

– Вы не уродливая, – поспешила возразить Соня.

– Что же вы тогда именуете уродством, мои крошки? – Татьяна Иосифовна усмехнулась. И тут же, не дожидаясь ответа, продолжила: – Я думаю, что мы обойдемся без супа. Но вот мясом и картошкой займется Лидия. Я убеждена, что она отлично готовит. К тебе, Софья, у меня доверия нет, готовишь ты плохо, – сказала она, забыв о Лидии и выходя из кухни с Соней, словно вопрос с обедом был уже окончательно решен.

Уже войдя в комнату, Татьяна Иосифовна крикнула оттуда:

– Я разберусь с Соней и тут же поговорю с вами. Так будет лучше, Лидочка.

«Что ж, – подумала Лидочка, – не будем спорить, ибо если моя миссия удастся, если я приехала сюда не зря, то можно приготовить ей обед».

Кухня была оборудована разномастно, скудно, но посуды было достаточно для троих, только найти тарелки и ложки удалось не сразу, – видно, Татьяна Иосифовна пользовалась только одним комплектом и редко мыла посуду. Ее мало кто навещал, если и навещали, то не кормились. На счастье, в кухне была газовая колонка, и Лидочка пустила воду, чтобы сначала хотя бы вымыть кастрюлю и нож. Потом уж, пока картошка будет вариться, она вымоет остальное.

Несмотря на то, что лилась вода и шумела газовая колонка, Лидочка отлично слышала беседу, что велась за стенкой, – перегородка была фанерной или картонной, да и женщины вскоре после начала разговора повысили голоса. Лидочка не испытывала угрызений совести из-за того, что подслушивает чужие тайны: ведь, в конце концов, Татьяна Иосифовна знает об акустических особенностях ее дома. Да и нет особенных тайн в разговоре, хотя, конечно, он не предназначен для посторонних ушей.

– Ты могла бы чего-нибудь привезти, – это были первые слова Татьяны, услышанные Лидочкой. – Посмотри, Лида – чужой человек, совершенно чужой, но не поскупилась на элементарные продукты для пожилой женщины.

– Неужели вы ей не подсказали, что вам нужны эти элементарные продукты? – спросила Соня, показывая зубки.

– Она – чужой человек, впервые здесь.

– И еще не знает, как вы умеете использовать людей.

– Еще одна подобная фраза, Соня, и ты вылетишь отсюда.

– Лиде что-то от вас нужно, вот пускай и старается. А я к вам притащилась из-за вашей дочки, в этом вся разница.

– Как ты цинична, Соня.

«В таких случаях, – подумала Лидочка, – спортивные комментаторы говорят, что боксеры проводят разминку».