Успех

Так, как же быть с комнатой? Быть может, это эгоизм с ее стороны: оставаться здесь, когда она может себе позволить что-нибудь получше, в то время как той, другой, это не по средствам? С точки зрения Филипа было бы, разумеется, приятно жить рядом с девушкой, в которую он влюбился с первого взгляда. И не только приятно, но и целесообразно, так как если он ошибся, то ему будет легче обнаружить это, живя с ней под одной крышей, чем когда он будет видеть ее от случая к случаю и при самых благоприятных обстоятельствах.

Прежде чем заснуть, Керри решила во всяком случае поискать себе другую квартиру. А если Филип тем временем найдет что-то для Джин, все их проблемы разрешатся сами собой.

Первое, что увидела Керри, подходя к театру на следующее утро, был темно-синий «ровер». Паула в брючном костюме в сопровождении Райана входила через служебный вход. Керри попятилась, не желая быть замеченной. Она вошла только тогда, когда, по ее мнению, они уже достаточно ее опередили.

Как и раньше, сцена была слабо освещена. Райан и Паула, миновав группы болтавших между собой актеров, присоединились к Уоррену в первом ряду партера.

За ними лежал пустой зал, где несколько человек заканчивали утреннюю уборку. Несмотря на гул голосов и время от времени взрывы смеха, атмосфера казалась холодной и застывшей – повсюду ощущалась ожидавшая заполнения пустота.

Керри остановилась в кулисах, чувствуя себя несколько нерешительно и очень одиноко. Лиз разговаривала с кем-то, кажется, с Адрианом. Увидев Керри, она сказала ему что-то, и оба они подошли к ней.

– Адриан спрашивал, видела ли я тебя, – весело приветствовала ее Лиз. – Ты только вошла или осматривала гримерные?

– А почему вы вчера сбежали? – спросил Адриан.

– Я не сбежала. Просто хотела избавить вас от лишнего беспокойства, вот и все.

– Милочка, будь это беспокойство, я бы не стал предлагать свои услуги. К самопожертвованию я не склонен.

– Этому я могу поверить, – сказала Керри и улыбнулась им обоим. – Лиз, есть у нас время пробежать нашу сцену до начала репетиции?

Адриан посмотрел на часы:

– У вас восемь с половиной минут. Уоррен всегда начинает точно в назначенное время.

Ровно через восемь с половиной минут все были налицо. Уоррен Трент пригласил участвовавших в первом акте на сцену и начал закладывать основу спектакля. В эти первые дни он создавал остов, на котором должна была держаться вся постановка. Так работали не все режиссеры, это был его собственный метод. Он не черпал свои идеи, изучая текст пьесы, а предпочитал обрести вдохновение по мере того, как актеры вживались в свои роли.