В Объятиях Соблазна (СИ)

Не слишком ли быстро? Достаточно ли мы друг друга узнали? Сумеем ли построить крепкую семью с таким багажом ошибок за плечами?

Но потом я посмотрела в любимые янтарные глаза — встревоженные, полные надежды и безграничной любви. И сердце дрогнуло, захлестнулось нежностью. Я уже готова была произнести заветное «да», отдаться этому чувству без остатка. Но вдруг перед мысленным взором встало искаженное лицо Лауры. Ее слова отдались в ушах подобно набату: «Ведь я… я жду ребенка! Ребенка от Марко!»

Я судорожно сглотнула, почувствовав, как к горлу подступает ком.

— Марко, я… Прости, но я не могу. Не могу принять твое предложение.

Он застыл, пораженный в самое сердце. В янтарных глазах вспыхнуло изумление пополам с болью.

— Что? Но… почему, Элизабет? Разве ты не веришь мне? Не любишь так, как люблю тебя я?

Я всхлипнула и порывисто накрыла его руки своими ладонями.

— Дело не в этом. Я верю и люблю, всем сердцем люблю! Но пойми — я не могу строить наше будущее на лжи. На недоговорках и тайнах.

— О чем ты? Каких еще тайнах? — нахмурился Марко. На красивом лице проступило недоумение.

Я судорожно стиснула его пальцы, борясь с подступающими рыданиями.

— Лаура… Она ждет от тебя ребенка, Марко. Сама призналась мне перед отъездом. Сказала, что вы были постоянно близки. И теперь она носит твое дитя. Это… это правда?

Марко застыл, потрясенно глядя на меня. В его глазах промелькнуло сначала недоумение, потом мучительный ступор. Казалось, он никак не может осознать сказанное, принять эту горькую правду. Несколько раз открыл и закрыл рот, силясь что-то произнести. Но вместо слов с губ сорвался лишь нервный смешок.

— Элизабет, да ты никак шутишь? Какой еще ребенок? Лаура… Да она бесплодна как пустыня Сахара! Уж мне ли не знать. Сколько лет делил с ней постель, так ни разу и не понесла. Врачи в один голос твердили — никаких шансов.

Я ошарашенно смотрела на Марко, пытаясь уложить в голове этот поток откровений. Лаура не может иметь детей? Но зачем тогда весь этот фарс с беременностью? Ложь с первого до последнего слова?

— Элизабет, пойми раз и навсегда. Лаура для меня — пройденный этап. Да, была интрижка, не отрицаю. Но не более того! Сердце мое принадлежит лишь тебе одной. И будь я проклят, если когда-нибудь смогу полюбить другую!

Я молчала, оглушенная этой страстной тирадой. В висках стучало, грудь распирало от противоречивых эмоций. Боже, как же хотелось поверить Марко! Отринуть сомнения, броситься в его объятия. Забыть обо всем, кроме нашей любви.

Но какой-то холодный, расчетливый внутренний голос нашептывал: «Остынь, Элизабет. Подумай головой, а не сердцем.