В Объятиях Соблазна (СИ)

Распаленное сознание услужливо подсовывало все новые и новые сцены, щедро сдабривая их непристойными подробностями.

Вот Марко входит в мою спальню, сверкая глазами и улыбаясь дьявольской улыбкой. Не говоря ни слова, срывает с меня одеяло и впивается в губы грубым поцелуем. Его руки шарят по моему телу, бесцеремонно сминая батист сорочки…

А вот я сама набрасываюсь на него, исступленно целуя и кусая за губы. Сдираю с него одежду, царапаю ногтями кожу. Марко хрипло смеется, подхватывает меня на руки и швыряет на постель…

«Боже, да что же это такое! — простонала я, сжимая виски. — За какие грехи ты послал мне это наваждение? Я же приличная девушка, воспитанная в строгости и добродетели. Как я могу думать о подобных вещах — да еще и с этим негодяем?»

Но как бы я ни гнала от себя срамные мысли, они раз за разом возвращались, становясь все ярче и непристойнее. Я уже и сама не понимала, чего хочу больше — придушить Марко голыми руками или отдаться ему прямо здесь и сейчас, позабыв о гордости.

В какой-то момент я не выдержала. Зарычав от бессильной ярости, вскочила с постели и заметалась по комнате, то и дело спотыкаясь о разбросанные вещи. Надо было срочно остудить пылающую кровь, иначе я за себя не ручалась.

Подбежав к окну, я рывком распахнула створки и с наслаждением вдохнула ночную прохладу. Несколько минут постояла, опершись руками о подоконник и жадно глотая свежий воздух. Понемногу сердцебиение выравнивалось, а голова прояснялась.

«Так, Элизабет, — строго сказала я себе. — Пора прекращать эту истерику. Ты не какая-нибудь легкомысленная дурочка, чтобы вестись на сладкие речи первого встречного обольстителя. Ты леди, черт возьми! И сейчас не время распускать нюни. У тебя, между прочим, есть дело, ради которого ты приехала в эту треклятую Венецию. Вот и сосредоточься на нем, а не на этих греховных фантазиях.»

Мысль о предстоящих хлопотах немного отрезвила. Я решительно захлопнула окно и вернулась в постель. Натянув одеяло до подбородка, постаралась расслабиться и отрешиться от недостойных мыслей. В конце концов, все в руках Божьих. Если у него на меня свои планы — так тому и быть. А я, как истинная христианка, приму любые испытания со смирением и верой.

Слегка успокоившись, я закрыла глаза и принялась читать про себя молитвы. Где-то между «Отче наш» и «Аве Марией» сон наконец сморил меня, даруя несколько часов блаженного забытья.

Едва я разомкнула веки, как в комнату влетела взволнованная Ханна.

— Мисс Элизабет, мисс Элизабет! — затараторила она. — Там ваши сундуки привезли, прямиком из порта. Представляете, свалили все в гостиной, да так небрежно! Не ровен час, куртизанки растащат ваши обновки.

Я подскочила на кровати, мигом забыв про сонливость.