В одно касание

Через стену я слышу, как скрипит кровать в гостевой комнате, когда он на нее укладывается, и представляю, как у него свисают ноги. Я прыскаю от смеха.

Я с хитрой улыбкой смотрю на телефон.

Я открываю приложение с камерой, снимаю себя, а потом посылаю ему. Видно только плечи, потому что я залезла под одеяло.

Я слышу глухой стон за стеной.

Меня охватывает похоть, и я буравлю взглядом стену, разделяющую нас. Я представляю, как он лежит там и проделывает эту штуку, когда закрывает глаза и глубоко дышит, пытаясь взять себя в руки. Внизу живота растекается тепло, и я крепче сжимаю бедра.

После того головокружительного чувства полета, которое подарило мне выступление на сцене и наше с Джейми признание, я чувствую себя смелой и отважной.

Мои губы расплываются в коварной, довольной улыбке. Повисает долгая пауза, но потом на экране всплывает еще одно сообщение:

Я слышу жалобный скрип кровати, когда он поднимается, а потом его мягкие шаги в коридоре. Моя дверь открывается, и он заходит внутрь, а потом прислоняется спиной к закрытой двери. Он смотрит, как я лежу в постели в одном только свитере с его именем, и его взгляд исследует мою кровать, только потом останавливаясь на моем лице. От твердой громады его стояка под спортивными штанами у меня мурашки по коже.

– Привет, – шепчет он.

– Привет, – я закусываю губу, и его глаза пристально следят за мной, темнея еще больше. Он бросается к кровати, и она проминается под ним, когда он опускает руки по обе стороны моей головы и с горящим взглядом нависает надо мной.

Ноющее чувство между ног усиливается, и я не могу оторвать от него взгляда.

– Ты должна вести себя очень, очень тихо, пташка. Ни единого звука. – Его дыхание щекочет мне лицо. – Ты поняла?

Я киваю, тяжело выдыхая. Я скажу все что угодно, лишь бы снова почувствовать его на своих губах.

Он опускается и целует меня.

ОНА С РАДОСТНЫМ облегчением вздыхает, когда мой язык проскальзывает ей в рот. Я раздвигаю колени, чтобы она оказалась между ними.

– Черт, – шепчу я, не отрываясь от ее теплых, податливых губ. Она такая сладкая, такая идеальная, что я еле сдерживаюсь.

Я откидываю одеяло, чтобы взглянуть на нее, и у меня перед глазами темнеет, когда я вижу Пиппу в одном моем свитере.

Мое сердце захлестывают эмоции.

Я теряю дар речи, исследуя ее тело. Я никогда не забуду ее мягкие бедра, гладкую кожу, точеные ключицы над воротником хоккейного свитера. Россыпь веснушек на груди.

Она крепко сжимает бедра, и я опускаю на них руки.

– Ты так охренительно в нем выглядишь!

Ее руки скользят по моей груди, пока она не добирается до шеи, и я дрожу под ее нежными прикосновениями. Я сказал ей вести себя тихо, но мне самому приходится сдерживать глухой стон, когда она запускает пальцы мне в волосы.