В одно касание

– Хочешь, чтобы я это сделал? – я круговыми движениями массирую ее тугое отверстие, слегка надавливая.

Ее глаза закрываются, и она испускает вздох – отчаянный стон, которого я еще никогда не слышал.

Я запускаю палец ей в попку, очень медленно и аккуратно, и, когда я начинаю двигать, она вся сжимается.

– Хорошо? – с улыбкой спрашиваю я.

– Джейми, – она тянется ко мне, и от тяжелого дыхания у нее приподнимается грудь. – Я хочу, чтобы ты вошел.

Я встаю на колени на кровати, нависаю над ней и осыпаю поцелуями ее шею и грудь.

– Ты сегодня три раза кончила, – говорю я с улыбкой.

Ее глаза горят, и она улыбается в ответ.

У меня в груди поднимается гордость.

– Да, мать твою, так и есть, – рявкаю я и опускаю бедра, чтобы нацелиться в ее гладкую щелку. Она дрожит, когда я провожу членом по ее клитору, и она раздвигает ноги шире.

Пиппа опускает руку, чтобы направить меня в верном направлении, а я страстно вхожу в нее. Мой член наливается кровью оттого, какая она узкая, влажная и теплая.

– О господи! – Ее руки снова путаются в моих волосах, и от ее взгляда, полного сладкой агонии, у меня сжимаются яйца. – О господи, – повторяет она.

И тут сквозь дурман продирается луч разума.

– Презерватив! – рычу я. Я его не надел. Я уже наполовину в ней, и меня трясет от возбуждения, но я никогда себе этого не позволю, если она не даст зеленый свет.

– Я на таблетках, – тоже приходит в себя она и быстро облизывает языком высохшие губы. – Я никогда не пробовала без презерватива.

Мой мозг застопоривается, и оживают все базовые инстинкты. Больше всего на свете я хочу в нее кончить. Я хочу сделать ее своей – окончательно и бесповоротно.

– Я тоже, – говорю я ей, сглатывая. Мой член пульсирует внутри нее, и она задыхается.

Она кивает, подталкивая меня, а ее бедра приподнимаются, требуя большего. Я вставляю до конца, и последние мысли у меня в голове сгорают в огне.

Трахать Пиппу без всего – это высшая ступень рая. У меня из груди вырываются какие-то нечеловеческие звуки. Когда я вынимаю, а потом вставляю ей снова, она издает низкий стон.

– Нам нужно делать эту штуку? – спрашиваю я сквозь сжатые зубы, засаживая ей. Ее аромат достигает моего носа, и от этого мой стояк еще сильнее. Она такая мокрая, что я слышу, как двигаюсь в ней, а жгучие искорки боли, которые оставляют у меня на спине ее ноготки, еще быстрее приближают меня к кульминации.

Долго я не продержусь.

– Какую штуку? – выдыхает она.

– Ну… – я подыскиваю слова, но сейчас могу думать только о том, как же потрясающе чувствовать ее на своем члене. Я даже не представлял, что можно испытывать настолько предельное удовольствие. Оно острее, чем любая боль от любой травмы. Кажется, если я кончу в нее, то у меня просто мозг вылетит из черепа.