В одно касание

Он отпускает мою шею, я почти протестующе вскрикиваю, а он упирается предплечьем в стену над моей головой. Он опускает на меня остекленевший взгляд, от которого я распаляюсь еще сильнее.

Джейми Штрахер просто охренительно горяч.

– Что происходит? – выдыхаю я.

Он моргает, хмурится, и его мутный взгляд проясняется.

Он делает шаг назад. Без тепла его тела мне становится холодно. Жажда и желание исчезают с его лица, оставляя место лишь обычной гордой самоуверенности. Но дразнить его как обычно мне совсем не хочется.

Мне просто больно. Я осознаю страшную и жестокую истину – я чувствую себя точно так же, как в аэропорту.

Мои разгоряченные мысли как будто окатывает ушатом ледяной воды, и голова прочищается.

Рот Джейми сжимается в прямую линию, и он запускает пятерню себе в волосы.

– Я не ищу ничего серьезного, тем более мы работаем вместе…

– Знаю. – Я накручиваю на палец прядь волос и смотрю в сторону, пытаясь справиться с дыханием. – Это плохая идея.

Я смотрю в его глаза, и он изучает мое лицо с мучительной тревогой.

– Ты моя ассистентка.

Мне на сердце опускается тяжелый груз, и я злюсь на себя, потому что он прав. Все это просто ужасная идея. Я шагаю в сторону дамской комнаты и выдавливаю из себя улыбку, как будто случившееся только что – ерунда.

– Вернусь через минуту, – говорю я ему и толкаю дверь, прежде чем он успевает ответить.

Я очень долго мою руки, а потом смачиваю бумажное полотенце холодной водой и прижимаю его к шее. Кожа до сих пор горит после того, как Джейми чуть не поимел меня в рот своим языком.

Помимо собственной воли я представляю, как Джейми имеет меня в рот тем стальным стержнем, что упирался в меня. Я закрываю глаза и тихо рычу.

Значит, мне нельзя этого представлять.

Я ВОЗВРАЩАЮСЬ К ПАРНЯМ, крепко сжав челюсть. Увидев мою грозную походку, все от меня шарахаются.

Черт. Поцелуй с Пиппой был восхитителен. Она как будто создана для меня.

Я присаживаюсь на диван, допиваю остатки пива и вглядываюсь в темный коридор, вспоминая ее мягкий рот под моими поцелуями, ее изгибы под моим телом и как она стонала и терлась о мой член. Думаю, она даже не сознавала, что делала. Ее затуманенный, опьяненный взгляд разжег мою кровь. Каждая клеточка моего тела желала закинуть ее на плечо и отнести домой, а потом оттрахать так, чтобы сломалась кровать.

Если бы мы с Пиппой были вместе, я бы вздохнуть ей не давал. Эти мысли щекочут мне копчик, а яйца сжимаются.

Я смотрю на пустой пивной бокал. Пульс никак не успокаивается. Каждый нерв натянут до предела. Настолько на взводе я не был даже во время матча.

– Ты в порядке, братан? – спрашивает Оуэнс, приподняв бровь.

Я киваю и делаю глубокий отрезвляющий вдох.

Я вижу, как за его спиной Пиппа пробирается через игроков к своему месту.