В плену альфы

 — И помнит чуть больше чем ни хрена. Какой-то отец, его сестра, постоянное обучение на пару с Лейлой — я так понимаю, не родня по крови. Утверждает, что у той девушки светлые волосы и серые глаза.

— Черный рынок, — подтвердил его опасения Варг. — Это объясняет, почему нет кипиша на арабском Аукционе. Красноглазый просто воровал у ворья. Больше ничего не говорила?

Ну, последняя фраза — откровенная ложь, Зара по-прежнему молчала. Общалась при помощи ручки и бумаги, но вне постели рот не открывала. Причем сообщить, когда голос потеряла, не могла. Помнила только, что испугалась. А приятные впечатления, видимо, сняли стресс.

Волк внутри довольно заурал, припоминая, что удалось вырвать целых три сладких стона. Неплохой результат!

— Ничего особенного не сказала, кроме примерного адреса, внешности «отца», а так же фамилии тех, кто хотел ее купить, — ответил сдержанно.

Варг кивнул. Он понял, какой смысл прятался в последней фразе.

— Когда решишь наведаться в гости — свистни. Интересно будет глянуть на этого… папочку.

Господина Данте не было уже слишком долго. Зара сосредоточенно орудовала ножом, а из ноутбука звучал очередной урок.

После той волшебной ночи она твердо решила выучить родной язык господина Данте. Представляла себе, как встретит мужчину и продемонстрирует свое умение.

Но прошло два дня, потом пять, потом десять…

Сначала Зара испугалась, что с альфой что-то случилось. Не находила себе места и, наверное, отправилась бы искать, но как будто ощутив ее беспокойство, мужчина дал о себе знать. Короткое голосовое сообщение, в котором господин Данте велел встречать его через неделю. И заодно накрыть стол, а продукты скоро привезут.

И вот теперь она с самого утра колдует над плитой. А в груди вместо сердца — камень.

А что если он все-таки не придет? И с ним произойдут дурные вещи?! От тоски и страха пальцы начинали мелко дрожать.

Прошло так мало времени, а она уже не представляла себя где-то, кроме как рядом с господином Данте. В этом домике или прямо в лесу… Неважно! Ох, нельзя так привязываться, но Зара ничего не могла с собой поделать. И та волшебная ночь… Неужели с мужчиной может быть так хорошо?

Она очень старалась не думать, но все равно мысли крутились около альфы. Даже внезапное возвращение голоса меркло под теми ощущениями, что она испытывала в руках мужчины.

Зара приоткрыла рот, но язык и горло все также отказывались работать. Сколько себя помнила, всегда общалась с помощью ручки и блокнота. Конечно, потом ей разрешили выучить язык жестов, но в доме отца им не пользовались. Зара всегда носила на поясе записную книжку или показывала рукой.