В плену альфы

Велел же проследить, чтобы купила нормальное, а не этот детский сад! Ладно, после магазинов переодеться не успела, но теперь весь шкаф шмотьем забит, а она в скромность играет.

Крик омеги и треск испорченного когтями лифчика прозвучали одновременно. Тварь удовлетворенно заворчала, а он уже человеческими пальцами сжал нежно розовые вершинки, медленной лаской возбуждая и подготавливая девочку.

Потому что первой ночи хватило, чтобы изучить особенности ее тела. Заметить и взять на вооружение все, даже самые крохотные слабости, и использовать их против омеги.

Варг пощипывал и сжимал в пальцах тугие вершинки. Любовался упрямо прикушенными губами и напряженным личиком. Алена так забавно пыталась сопротивляться, но результат не заставил себя ждать. Дыхание малышки изменилось, и зрачок стал шире, выдавая подступавшее возбуждение. Отлично! Потому что он тоже на грани, и единственным желанием, кипевшим в крови, было послать к черту осторожность и повторить их первую ночь, а потом еще и еще.

Но как только он отвлекся на ремень, девчонка взбрыкнула так, что чуть руки не вывихнула.

— Нет! — попыталась его лягнуть. — Я не хочу! Уйди к… — подавилась воздухом, — к своей жене!

Оборотень замер. Оранжево-багряные глаза сверкнули двумя раскаленными углями, и Алена прикусила язык.

А внизу все еще тяжело и жарко. И обнаженная грудь ноет, требуя умелой ласки, от которой ведет голову, а пальчики на ногах поджимаются от предвкушения кайфа.

Чертов альфа! Он знал, как заставить ее тело хотеть продолжения, но как бы ее ни тянуло с головой нырнуть в похоть, Алена никак не могла забыть злобно-настороженный взгляд Яны. Да, они с Лемманом были даже слишком похожи. А еще где-то рядом бродила его жена, и видит бог, так нельзя! Совсем неправильно, извращенно, грязно и…

— Ой, — прошептала севшим голосом, когда альфа навис сверху.

Уперся локтем рядом с головой, и, если повернуться, можно увидеть рваные рубцы на руках, как будто альфу избивали плетью. Или кнутом… Нет, невозможно!

— Я должен уйти к… жене? — повторил медленно. А ей зябко стало и возбуждение резко сошло на нет.

Воспользовавшись моментом, Лемман заткнул ее поцелуем. Болезненным и быстрым. Переключился на шею, куснул метку и соскользнул к груди, накрывая губами чувствительную вершинку.

Перед глазами взорвались фейерверки. Алена жмурилась, изо всех сил пытаясь вернуть себе контроль, но становилось только хуже! С каждым укусом-поцелуем, с каждой болезненно сладкой лаской карусель в голове набирала обороты. И когда с нее пропали штаны, а между бедер вклинились сильные пальцы…

— Нет-нет-нет, — зашептала, пытаясь заставить свое тело не чувствовать.

Не наслаждаться этими уверенно-мягкими поглаживаниями и приятным давлением.