В плену альфы

Чай давно остыл, на небе звезды россыпью, луна полная, воздух пьянит запахами леса и свежести, а сна ни в одном глазу.

Яна уже полчаса как отправилась к себе в комнату. Умаялась, бедняжка… Весь вечер они грибы чистили и над ужином колдовали. Потом платье куколке доделывали. Волчица болтала о всякой всячине и, казалось, абсолютно не смущалась тем фактом, что хозяин этого замечательного домика соизволил сбежать.

И это прямо перед тем, как у нее достало храбрости воспользоваться минуткой откровения и всеже узнать — кто ее сдал?

Пригубив из кружки еще глоточек земляничного чая, Алена поморщилась.

Уж не затем ли она тут на веранде задницу отсиживает, чтобы альфу к стенке прижать? Хотя постойте-ка… Он же что захочет делает! В позах разных…

Внизу живота трепыхнулся теплый комочек, и Алена зашипела рассерженной кошкой. Дурацкая физиология! Это все гормоны — не она! Просто… просто ее телу нравилось! Да и какой бы женщине не понравилось?! Опытный, уверенный в себе мужчина, еще и массажист обалденный. Где он вообще этому научился?

А плечи приятно заныли, стоило вспомнить, как оборотень ее обхаживал. Господи, вот бы еще разок…

Алена сердито тряхнула головой.

— Соберись, тряпка, — прошипела, опуская нос в кружку. — И вали уже спать.

— Правильное решение.

Дзынь! Кружка ударилась о камень и раскололась на части. А Алена… Она жалась к стене, разглядывая стоявшего в двух шагах оборотня. Голого.

— М-м-м… с возвращением… — ляпнула одеревеневшим языком.

А взгляд жадно скользил по мощной фигуре, обласканной нежным светом луны. Слишком идеально! Все от благородной посадки головы до восхитительно узких бедер и стройных ног. На кончиках пальцев горело желание украсить смоляные волосы венком из цветов, а потом толкнуть это ожившее совершенство на постель и забыться в головокружительном поцелуе.

Алена облизнула пересохшие губы.

А в следующее мгновение ее фантазии вдруг стали реальностью. Оборотень мгновенно оказался рядом. Подхватил под бедра, вжал собой в стену и впился в ее губы так, что голову повело.

Алена сама не поняла, как ее пальцы очутились в густых прядях. Не размениваясь на пустое сопротивление, охотно приоткрыла губы, потому что альфа не ограничится невинным тисканьем. Яна спала, а значит…

Ноги коснулись пола, но только чтобы с ее стащили пижамные штаны. Трусики тоже исчезли. Варг отшвырнул одежду в сторону, а ее опять прижал к стене.

Приспустил маечку и с голодным урчанием прихватил возбуждённый сосок.

Алена едва успела сжать губы, чтобы не застонать позорно громко. Яркая вспышка желания обожгла изнутри, обостряя чувствительность до предела. Сердце билось о ребра, а от метки заструилось тепло, наполняя кровь сладким хмелем нетерпения.