В плену альфы

 Окатил волной желания увидеть омегу приятно-кругленькой, а вот Варг уже не был так уверен.

Зачем это ей сейчас? Жила в бараке, питалась хрен пойми чем и пахала, как лошадь. А теперь еще и с животом бегай. Пусть он мужчина, но прекрасно знал: беременность — ни фига не курорт.

Однозначно, девочке нужна передышка. Месяц на море провести — в самый раз. Поваляется на теплом песочке, фруктов нормальных попробует, морепродуктов разных. Потом с братом повидается и окончательно в себя придет.

Вот тогда можно и о детях подумать. Варг был уверен — из малышки получится замечательная мама. Заботливая и любящая, а не та, что детей видит, только когда нянька принесет.

Зверь недовольно рыкнул, но и только. Безболезненно пошел на компромисс, принимая разумными доводы человеческого «я». Странные ощущение… Забытые, но такие правильные. И глаза тоже странного цвета. Варг увидел изменения сегодня утром. Долго вглядывался в зеркало, рассматривая голубые прожилки, но удивления не ощущал.

Тварь внутри урчала ласковым щеночком, вместо крови и боли требуя заботиться об избранной самке. А Варг ловил себя на мысли, что он — человек — тоже не смог бы дальше игнорировать девочку.

Да и, черт возьми, зачем? С ней потрясающе спокойно и хорошо, так может… узнать друг друга ближе? Как нормальные люди.

Эта мысль была настолько же дикой, насколько притягательной. Но, проклятье, она доставляла удовольствие! И это само по себе казалось неестественным. Он никогда не рассматривал женщин в качестве чего-то большего, чем любовница.

Варг чуть не подскочил на ноги. Укусила?! Но нет, Алена смеялась и вытирала губы рукавом.

Черт… Все-таки хорошо, что у него племянница, а не племянник. Оборотни-мальчики созревали рано и в тринадцать-четырнадцать могли сойти за конкурента.

Память тут же выкинула слайд-шоу из тревожащих воспоминаний. Ему было как раз столько же, когда садисты в белых халатах решили, что неплохо было бы получить от него потомство.

Предварительно обколов возбуждающей дрянью, сунули к нему в клетку оборотницу. Испуганную до чертиков и совсем еще молоденькую девчонку, от которой вкусно пахло овуляцией.

Варг незаметно повел плечами. Хрен его знает, на чем тогда вывез — как обычно, на упрямстве. Руки себе изгрыз, на стенку кидался, но волчицу не тронул. Может, зря…Ей потом такое устроили… А его в это время кнутом охаживали.

Проклятье, хватит! От той долбаной базы теперь только камни. И причастные — все, кого они с Данте найти смогли — на собственных кишках повешены.

И Варг наслаждался каждым убийством как последним. Жаль, что нельзя прикончить дважды, но агония ублюдков длилась восхитительно долго.

Голос Алены выдернул из душного плена воспоминаний. Зверь недовольно рычал, опять злой и встревоженный.