В теле пацана (книга 7)

От такого зрелища выпивка полилась рекой. И мясо стали наворачивать, не глядя, за обе щёки.

Около минуты длится скользкая борьба, где голая писька Гайраны замелькала от того, что та, как любительница расставить свои мощные ноги, позабыла, что уже ничего не прикрывает.

Когда златовласка, наконец, разрывает шорты с трусами прямо на сопернице с визгом и остервенением, сисястая выбивается из сил и валится на живот. Под её маслянистыми булочки едва виднеется персик. Златовласка садится ей на поясницу уже плотно. Голая задница сисястой в её полном распоряжении. Та хвостом хотела прикрыться, но златовласка его под ляжку и заправила грубо, ещё больше таз той задрав.

— Смешно тебе? — Торжествует Гайрана. — Сейчас не будет!

С этими словами она разводит сопернице ягодицы! Похоже, масло они растёрли так на коже, что оно уже не скользит, а наоборот прилипает! Поэтому удалось развести булки с хорошей сцепкой, растягивая и деформируя крохотный розовый анус, где показалась и красная ямочка отверстия. Если бы златовласка хотела, взялась бы чуть ниже и могла легко раскрыть письку. Но, видимо, сжалилась, оставив сомкнутые дольки с чуть–чуть торчащими розовыми лепестками внутренних половых губ.

Похоже, Жосси слишком устала, чтоб напрячь ягодицы и не допустить такого срама. А теперь её распахнули всем на обозрение.

Ближайшие кошаки, которым всё это видно в деталях, воют в голос. Мужики взрослые, а половина уже красные, как переспелые помидоры. Да, воины, вы увидели распахнутые щели одной из жён короля.

Праздник всё–таки. Смотрите, не жалко. Я этих фелисок себе в жёны не просил.

— Сдаёшься⁈ — Кричит Гайрана, продолжая проветривать промежность соперницы.

— Не дождёшься! — Кричит та и пробует, наконец, сомкнуться. Напрягает булки, сжимая их и лишая отличного вида.

— Сама напросилась, — прошипела златовласка хищно.

И как давай по напрягающимся булкам кулаками дубасить. Закричала грузно сисястая, принимая удары. Задница быстро размякла и посинела местами. Получив нужный эффект, Гайрана снова развела уже покорной сопернице ягодицы. Теперь чуть пониже! Что дольки малость раскрылись–таки с едва слышным мне хлюпаньем.

— Посмотрим, что на это скажешь, — произнесла Гайрана злорадно, перевела ладонь по булке, дотягиваясь пальцем до масленого чуть набухшего сфинктера, и без всяких промедлений ввела средний палец ей в анус! Под удивлённый горловой вой Жосси он по самую костяшку вошёл. На основании хвоста у жертвы насилия аж шерсть дыбом встала.

Зладовласка и сама порозовела от смущения, вероятно, опомнившись, что переборщила со своим отмщением.

— Сдаюсь! Сдаюсь! — Запоздало завопила сисястая, пытаясь извиваться. — Ой! Ой! Уууу!

Завыла, когда почувствовала, что та вынимает обратно.