Вечный воин

Всю жизнь не напрягался, разве что прогибался и подлизывался без меры. И нюх не потерял, несмотря на нахождение на сравнительно высокой должности или благодаря этому. Наверное, уже по тому, что я отказался придти к нему, понял, что я настроен решительно, и не стал заводить разговор о дочери ни до ужина, ни после.

Я угостил его греческими блюдами из двадцатого века, приготовленными поваром Авраамом по моим рецептам: почти греческим (свежие огурцы уже отошли, а помидоры еще не доплыли из Америки) салатом с маслинами и рассольным сыром, издревле изготовляемым здесь из смеси овечьего и козьего молока и хранимым в морской воде, который в будущем получит название фета, а нынешнее просфатос можно перевести, как недавний, свежеизготовленный.

Вместе с салатом подали клефтико, что переводится, как ворованное. Это козье мясо, приготовленное многочасовым томлением в духовке или специальной печи. Название такое потому, что раньше его готовили из ворованных коз, которых, расчленив, вечером укладывали в яму, вырытую в укромном месте, и сверху разводили большой костер, а ели утром, когда хозяин пропавшего животного ставил на нем крест. Авраам по моему совету делал клефтико в обычной печи, обмазав мясо, защищенное виноградными или капустными листьями, толстым слоем глины. Получалось даже лучше, чем я пробовал когда-то в прошлом будущем в ресторане на Кипре во время стоянки судна в порту Лимассол. Затем был запеченный на углях осьминог, предварительно замоченный в лимонном соке. На десерт подали пахлаву — тонкие слои теста с медом, чередующиеся со слоями орехов, грецких и фисташковых — местный вариант которой сейчас называют ассирийской сладостью.

Насытившись, Флавий Константин начал важный разговор издалека. Первым делом рассказал придворную байку. Оказывается, императору Маркиану приснился сон, будто у его ног лежит сломанный гуннский лук, а через несколько дней пришло известие, что умер Атилла. Сон этот император вспомнил только после того, как узнал радостную новость. Мне вот тоже когда-то снился сломанный лук и тоже, как теперь могу заявить, к смерти шаньюя.

— Сам понимаешь, новость эта очень обрадовала нас, — продолжил тесть.

 — Как раз собирались отправить золото в подарок скифу, чтобы хотя бы частично погасить задолженность за последние годы, иначе следующей весной обещал припереться к нам. Этих денег хватило, чтобы погасить долги по зарплате армии. Наши вояки еще хуже скифов — так и норовят взбунтоваться!

Дальше он рассказал о том, что император Маркиан теперь не боится скифов, у которых, по донесениям лазутчиков, началась смута — Эллак и Денгизих, сыновья Атиллы, передрались за власть.